***Лорд Чернильных Небес Рэйден Аккрийский

Если бы Рэйден знал, как отреагирует Лорен на берег Горячего моря, то отвёз бы её сюда раньше. Её глаза загорелись таким восторгом, что она невольно напомнила маленьких драконят, которые только-только встают на крыло и пробуют воздух на ощупь.

— Какой он мягкий! Так не бывает!!! — завизжала девушка, а затем, позабыв об элементарных правилах приличий, сбросила обувь и принялась носиться вдоль кромки моря. — Как же здорово! А как пахнет солью! Рэй, ты это чувствуешь?! И водоросли, Рэй, я чувствую водоросли… И что-то сладкое!

Лорд Аккрийский мог лишь улыбаться, глядя, с какой детской непосредственностью Лорен озвучивает всё, что видит и слышит.

Искренняя.

Пожалуй, это и подкупило Рэйдена в ней. Что бы ни сказала или сделала Лорен, он был уверен, что она это делает искренне, без задней мысли. Что бы она ни сказала — это было правдой, а не тонким манипулированием или комплиментом в технике «чтения воздуха». Рэй поймал себя на том, что с Лорен может быть открытым как ни с кем другим, что доверяет ей безотчетно и интуитивно.

Как жаль, что она солнечный человек.

Как жаль, что он оборотень, который потерял нюх и больше не может определить, кто ему подходит в пару.

Как жаль, что он уже подарил свою кровь Саяке.

Лорен с оглушительным визгом вдруг разбежалась и встала на руки, затем на ноги и снова — на руки. Её обнажённые лодыжки и крошечные пальчики мелькнули в воздухе.

— Смотри-и-и, как я могу-у-у! — донесся радостный хохот через шум прибоя.

— Гхм-м-м. — Стоявший неподалёку Кайто одним скептическим хмыком выразил всё, что думает по поводу поведения девушки.

Рэйден очнулся.

— Кайто, можете идти в рикшу, перекусить и дать лошадям напиться. Отдыхайте. Мы здесь задержимся на некоторое время.

— Спасибо, мой крылатый господин. — Пожилой мужчина неуловимо изменился и склонился в глубоком поклоне. — Вы очень добры.

Рэй проследил, как удаляется в сторону дороги фигура человека. Он сидел на старом поваленном дереве, а рядом стояло его потрёпанное кресло. То ли Лорен заразила принца Аккрийского своим настроением, то ли ему надоело передвигаться на коляске, но сейчас, сидя на этой коряге, вопреки всему он чувствовал себя счастливым. Почти как на холме, когда замёрзшая Лорен грелась у него на коленях.

Или как в тот момент, когда она его поцеловала в спальне…

— Уи-и-и! Ты видел? Видел?! — Девушка с радостным визгом оседлала корягу на манер южных воинственных кочевых племён и натянула мысочки на стопах, жмурясь от хорошего настроения. — Какой же песок здесь мягкий! Никогда по такому не ходила!

Рэй подумал, как хорошо, что он только что отослал Кайто подальше. Пожилой уборщик мог бы и не выдержать такого зрелища. Взгляд невольно скользнул по обнажённым лодыжкам и чуть выше, вдоль восхитительно тонких белоснежных икр — Лорен закрутила штанины почти до колен. Принц Аккрийский вовремя себя одёрнул за неприличным разглядыванием и усилием воли перевёл взгляд на лицо девушки.

— Конечно видел.

— Это называется «колесо». Я в детстве очень любила его делать, да и вообще… — Она неожиданно распахнула огромные зелёные глаза и посмотрела на него в упор. — Спасибо.

У Рэйдена пересохло в горле.

— Не за что, я просто…

— Нет, серьёзно, спасибо. — Лорен прервала его жестом. — Ты не обязан был это всё для меня делать, и я знаю, что ты не очень любишь покидать Харакун. Тем ценнее для меня то, что ты решил подарить этот чудесный день и показать розовый пляж Горячего моря.

Рэй кивнул и, чувствуя себя немного неловко, уставился на бирюзовое море. Женщины и подданные часто благодарили его за золото и драгоценные камни, кто-то лебезил, кто-то боялся, но ещё никто не благодарил так искренне за то, что он лишь составил компанию в хорошем месте.

Они помолчали некоторое время.

— Ты знаешь, у меня такое ощущение, что я всё время жила в тёмной сырой клетке из бето… гранита, работала с утра до ночи и путешествия видела лишь на картинках.

— У людей деревянные дома, — нахмурился Рэй. — Насколько мне известно, в деревне Опавших Цветов всё устроено так же, как и в соседних деревнях, никаких гранитных клеток нет. А Харакун, при всём моём уважении к тебе, сложно назвать тесным…

— Мне очень нравится Харакун, я сейчас образно говорю и о жизни до того, как поселилась в замке. — Лорен посмотрела на море, уходящее за горизонт. — Я рано просыпалась по утрам, ела одну и ту же еду, уходила на работу в оф… в поле. Возвращалась поздно вечером уставшая, и сил хватало только на гигиену и ужин. И так каждый день год за годом, чтобы были деньги на еду и дом. А ещё вокруг пыль, грязь, серость, лужи, одинаковые дома…

Рэй посмотрел на неё изумлённо и покачал головой.

— Здесь вокруг потрясающие горы, Лорен, да и закаты радуют своими оттенками, да, что-то можно назвать однообразным, но…