Тунио, ведя отряд, постоянно болтал. Он отпускал комплименты девушкам, говорил о дрянной погоде, высоких ценах на пиво, глупости стражников и сварливости жен с бородавками на носу. Он так старательно изображал беспечность, что просто не мог за этим чего-то не скрывать. Понк, который шел сразу за контрабандистом, явно не понимал, что нужно не слушать его шутки, а следить за его руками. В случае схватки на мальчишку особой надежды нет. Одно хорошо, что он хотя бы создает дистанцию между опасным проводником и дочерями. Мартин поправил полу куртки, осторожно проверив положение арбалета. Вещь хорошая, хотя большую уверенность внушала привычная пара ножей: один закрепленный ремешком на левом запястье и второй в правом сапоге.

Девушки уверено держали темп наравне с мужчинами. Мартин имел свой взгляд на воспитание дочерей. Они были приучены ходить в проходы и могли даже удивить в случае драки. Но он не обольщался. Против серьезного противника его девочки ничего не смогут. Карина шла следом за Понком и почти все время смотрела на него, иногда даже улыбаясь. И что она в нем нашла? Щенок, он даже защитить ее не сможет! Юдифь же шла погруженная в свои мысли, которые явно не были столь безоблачными, как у сестры. Девушку грызла все усиливающаяся тревога, ожидание страшной беды.

Луна поднялась высоко и при бледном свете хорошо были видны редкие чахлые деревья и невысокие кусты. Места эти считались безопасными, хотя Мартин знал, что в их стране нет совершенно безопасных мест. Даже в пригороде, на давно обжитой людьми земле, может неожиданно из темного угла где-нибудь на пустыре выскочить тошнотворная тварь. Недаром в Сабарканде не любят выходить на улицу ночью и дело тут не в криминальном отребье.

Но на этих холмах действительно трудно столкнуться с кем-то кроме кроликов. Другое дело, когда они пойдут по горам. Там нужно будет одновременно следить и за проводниками и за окрестностью.

Час пути прошел довольно однообразно. Даже Тунио наконец подумолк. Дорога постепенно пошла вверх, кусты стали встречаться чаще, а горы с горизонта приблизились, и уже почти что нависали над идущими своими темными склонами. В одном месте дорога поднялась на вершину холма и путники невольно остановились, глядя на открывшийся под лучами ночного светила вид.

Горная гряда была покрыта лесом и изрезана трещинами. Словно кривые акульи зубы из склона торчали многочисленные голые скалы, как будто гору пронзили ими с другой стороны и концы вышли наружу. Мартин знал, что на этих скалах не растет ни трава ни деревья. Даже птицы не любят садится на них. Было в этих остроконечных каменных штырях что-то чуждое этому миру и живущим в нем.

Юдифь глядя на горный хребет, напоминающий лохматого зверя неожиданно вскрикнула и осела на землю. Мартин присел рядом и хотел ей помочь, но та вдруг зарычала и кинулась мимо отца на стоящего за ним Керзака. Девушка схватила его за бороду а второй наотмашь хлестнула его по лицу, оставляя следы от ногтей на щеке и переносице. Здоровяк испугался, как пугается человек, когда на него неожиданно кидается шипящая кошка и с силой отшвырнул невысокую девушку. Та покатилась по склону холма и остановилась, врезавшись в кусты. Карина догнала ее и подхватила. Следом подбежал Мартин. Юдифь тихо всхлипывала, обнимая сестру и бормотала: «Не надо, Карина, не надо!».

Мартин потряс дочь за плечо: «Юдифь, что случилось, что с тобой?»

Тунио в это время стоял перед Керзаком, который мрачно смотрел на девушку. На лице его выступила кровь.

— Я… Я не знаю, — проговорила младшая сестра, которая похоже только пришла в себя, — Карина, ты здесь? Кариночка.

Юдифь обняла сестру и начала гладить ее по волосам, немало удивив ее неожиданной лаской. По щекам Юдифь бежали слезы.

— Юдиф, скажи наконец, что случилось? — снова спросил Мартин.

— Да, что это было? — Керзак явно был разозлен и если бы рядом с ним сейчас не стоял Тунио, то вопросом бы он не ограничился. Рука его лежала на рукоятке тесака, — твоя дочь что, сумасшедшая?

— Мне почудилось что-то страшное и злое, — Юдифь смотрела на Керзака и Тунио и, как казалось, мучительно пыталась что-то вспомнить.

— Это место такое дурное, — подал голос Тунио. На этом холме чего только не случалось. А уж сколько народу здесь прикончили. Говорят лет триста назад, когда людей здесь было совсем мало, на этом холме ведьмы творили свои черноогненные ритуалы. Правда или врут не знаю, но то что на этом месте старые приятели могут вцепиться друг другу в глотку или даже кровь пустить — это доподлинно. Поэтому тут никто на ночь не останавливается, хоть место удобное, и ручей рядом. Так что ты Керзак на девку не злись, не думаю что она сама по себе на тебя набросилась. Хотя, если бы вы были знакомы чуть дольше, то я бы не удивился. Тебя бабы всегда били. Хе-хе!

— Давайте быстрее уйдем отсюда — сказал Понк с тревогой глядя на то, как Юдифь обнимает сестру. Он увидел, что девушка будучи вне себя сильно испугалась именно за сестру и это ему не понравилось.

— Парень прав, — проговорил Тунио, — чем быстрее мы пойдем дальше, тем лучше. Место действительно дурное.

— Ты можешь идти? — спросил дочь Мартин и та кивнула, отпуская наконец Карину.

Спустя несколько минут холм остался позади. После произошедшего отряд не сговариваясь пошел быстрее. Следующий час ничего интересного не произошло, если не считать то, что горы приблизились настолько, что почти полностью заслонили собой небо. Наконец, компания дошла до Сучье балки — небольшой пологой впадины, поросшей травой с бегущим среди редкого камыша ручьем. Балка отделяла холмистую равнину от начинающегося склона горы.