— И что за плату берут эти нооги?

— Можно заплатить серебром. Интересно, что золото они не ценят, а серебро берут. Но выгоднее с ними рассчитываться вином, а еще лучше медом. У Керзака в мешке бурдюки с каштановым медом и рамки с медовыми сотами. Как раз, чтобы рассчитаться за пятерых. За шестого придется доплатить серебром.

— А что за дорогой они ведут?

— Дорога как дорога, сравнительно ровная. Только из-за тумана в долине дальше своих рук считай ничего не видно. Но, учитывая что в конце ведут с факелами и судя по эху, то проход идет через пещеру или грот. Доводят нооги до двери, через которую можно попасть в Мокрое ущелье, а оттуда уже в Пограничье. Еще не удивляйся. Перед дверью тебе предложат порезать руку и капнуть кровью на камень. Можешь отказаться, но тогда назад этой дорогой вернуться не сможешь. Дверь не пропустит. Да и в ущелье тогда лучше не задерживаться. Потому лучше кровь на камне оставить.

— Тунио, а почему султан эту дорогу не перекроет?

— Если бы хотел, то уже перекрыл бы. Ну или сделал бы намного труднее. Да только власть султана с контрабандой если и борется, только для виду, чтобы с Пограничьем отношения не обострять. Могу открыть секрет, который для большинства и не секрет вовсе. Поток контрабанды контролируют люди султанского брата. Не напрямую конечно, но главный визирь в курсе всего сколько-нибудь серьезного.

Постепенно разговор затих. А вскоре уже и настало время смены.

Тунио подошел к Керзаку и и пнул его по ноге. Храп здоровяка прервался на высокой ноте и он открыл глаза.

— Твое дежурство, — Тунио потянул носом, — Давай сюда флягу!

Керзак недовольно замычал, но достал и протянул уже наполовину опустевшую фляжку.

— Совсем башку потерял? Мы на прыжок идем, и не факт, что за нами никто еще не гонится! А ты решил надраться?

Тунио открутил крышку и вылил содержимое на землю. Керзак сглотнул и расстроенно замычал, но сказать ничего не решился и даже втянул голову в плечи.

— Сходи к ручью умойся, и следи в оба. Охотник этот, похоже не товар везет, а драпает с семьей. Если за ним погоня будет, то это место известное, могут попытаться здесь догнать. Думается мне, что лучше начать подъем до рассвета. Так что через час будите всех.

Тунио сел рядом со своим мешком и начал устраиваться ко сну. Керзак поднялся и пошел было к ручью, но потом вернулся и присел рядом с приятелем.

— Слушай, бро. Я чего думал. Их же реально двое. И мальчишка вообще не серьезный, по нему же видно. С товаром они идут или убегают, но то что не пустые это точно. Если они в Пограничье собрались перебираться, то с хорошими деньгами идут. Там с пустой мошной делать нечего. Да и охотник с тобой не торговался даже, а деньги за прыжок сумасшедшие платит. Значит точно не последнее золото отдает. Много золотишка у него в мешке, я печенкой чую.

— Осади Керзак, я же сказал, что идем на честный прыжок. Деньги мы и так жирные получим, и кровь пускать никому не придется. Да и охотник не прост. И про Суржика не забывай. Люди эти по его наводке, он за них и спросить может

— Да все путем будет, — здоровяк говорил быстрым шепотом. — Суржику скажем, что через ущелье их провели, а дальше они сами двинулись. Мы за них не в ответе. А тела закопаем. Я знаю тут места, где Жижа с парнями на пять лет больше народа прикопал, чем на моей улице живет. И никого еще не нашли.

— Ты и девок закопаешь?

— Ну и шо, шо девки? Все они шлюхи! — Керзак сплюнул на землю и снова зашептал, — а красивые тем более! Если хочешь, можно и развлечься перед тем как того… Я бы так не против с этой зеленоглазой стервой. Пусть заплатит за мой разодранный нос. Хе-хе… Шлюха!

— Так, Керзак, ха-рэ! — лицо Тунио стало жестким, — запомни своей пьяной башкой, мы идем на честный прыжок! А ты меньше о девках думай и больше за дорогой следи. Иди умой свою рожу холодной водой. И не шуми лишний раз. А я спать. Нам еще под грузом по горам карабкаться.

Керзак насупился, но спорить не стал и послушно пошел к ручью освежиться. Тем более, что после сна сильно хотелось пить, а вино Тунио вылил все до капельки. А Керзак его за свои покупал. И с монетами сейчас негусто. Зря Тунио так, и с вином зря и с пассажирами этими. Дело же верняк. Можно дождаться пока охотник уснет и скрутить голову этому пацану. Он мелкий и пикнуть не успеет. А потом забрать его арбалет и все дела. Даже если охотник проснется, то против арбалетного болта он ничего показать не успеет.

Умывшись у ручья, Керзак проверил кистень в рукаве. Увесистая свинцовая капля была подвязана на тонкий шнур из кулисьей жилы, который с другой стороны заканчивался петлей накинутой на запястье. Под петлей был подложен кожаный браслет, защищающий кожу на случай, если кистень придется использовать в качестве удавки.

Вернувшись к месту стоянки он увидел, что охотник уже улегся, а паренек прохаживается под деревом с взведенным арбалетом в руке.

Керзак подошел и уселся на торчащий из земли корень, достал тесак и стал кончиком оружия выскребать грязь из-под ногтей. Если пацан за ним следит, то пусть внимание будет на тесаке. Если выдастся случай, то Керзак или ударит кистенем или просто свернет ему шею без всякого оружия.