В удар я вложил всю силу, на которую только был способен в таком состоянии. Раздался душераздирающий вопль, разрушение рассекло вожака напополам, с невероятной легкостью разрезав крепкое тело и кости.

Я ожидал, что, убив вожака, напугаю стаю и остальные волки не посмеет нападать. Но не тут-то было. Волки, словно по команде, со всех сторон остервенело бросились на меня.

Я прикрыл спину, только в полсилы используя грань защиты — не полностью развернутый щит я смогу держать в два раза дольше.

Первый достигший меня волк целился в живот, прямо туда, где кровоточила рана, я успел отбиться, ударив волка по морде. Тот заскулили и рванул назад.

Еще один вцепился мне в плащ, его я мгновенно обезглавил.

Двое сзади безуспешно пытались пробиться через щит, пока до одного из них не дошло, что с этой стороны не прорваться. Вмиг он обогнул энергетическую защиту и, застав меня врасплох, накинулся и повалил на землю.

Я едва успел ударить его рукоятью меча по зубам, еще бы немного и он вцепился бы мне в лицо.

Другой волк, видимо, смекнувший, в чем главная опасность, с силой вцепился зубами мне в запястье руки, которой я держал меч.

Хватка оказалась воистину мертвецкая, вырваться невозможно. Волк с такой яростью трепал мою руку, что еще немного и откусит.

Несмотря на боль и тряску, я каким-то чудом сумел не выпустить меч.

Другой волк, получивший по зубам, снова попытался наброситься, теперь нацелившись на живот. Еще один осторожно подбирался к ногам, этот явно низшего ранга, слабый самец, привыкший доедать крохи за собратьями. Но если уж и он решил, что можно нападать — плохи мои дела. Медлить было нельзя, еще немного и они меня растерзают.

Из последних сил делаю рывок, левой рукой выхватываю меч из правой и бью клинком по волку, который был уже в паре сантиметров от моего живота. Клинок рассекает его шею, меня окатывает горячей кровью, осыпает черным пеплом, тяжелая туша падает, придавливая мои ноги к земле. Это отпугивает волка-слабака, и он резко отскакивает назад.

Еще один удар. Я целюсь в спину того волка, кто вот-вот отгрызет мне кисть. Промахиваюсь, меч глубоко вонзается в сырую землю.

Затем происходит нечто странное. Волк резко бросает мою руку. От этого почему-то становится больнее, и я на секунду решаю, что он выполнил цель и лишил меня руки. Тут же испытываю легкое облегчение от осознания, что рука на месте, пусть и изрядно изувеченная, но времени терять не собираюсь, а хватаюсь за рукоять меча.

Пока я пытался вытащить увязший в земле меч, оставшиеся в живых волки, перепугано поскуливая и поджав хвосты, вдруг уносятся прочь.

Первая мысль: вернулся Хаген или Тунайт. Я огляделся — поблизости никого. Предчувствие подсказывало, что едва ли это хороший знак. Заставить волков бросить добычу и бежать могло только что-то воистину опасное. Нужно скорее отсюда убираться.

Из запястья хлестала кровь. Осторожно попытался сжать кулак — больно, но пальцы шевелятся. К счастью, сильно повредить руку волк не успел, правда, перевязать рану нужно как можно скорее.

С трудом я отрезал низ плаща и обмотал руку. Кое-как выкарабкался из-под мертвой туши волка, которая все еще прижимала мои ноги к земле.

Вдалеке послышался неистовый, грохочущий рев.

Ясно. Волки испугались тера-демона, а тот наверняка почуял запах крови и услышал звуки борьбы.

Сил на то, чтобы сразиться с демоном у меня уж точно не осталось. По-пластунски, прижимая к плечу изувеченную руку, так быстро, насколько был только способен, я пополз в кустарники — в те самые, на которые мы приземлились.

Звуки ломающихся ветвей и бега тяжелой туши были все ближе. Я заполз в самую глубь кустарника и затаился.

Уже близко слышались тяжелые шаги, ближе и ближе громкое звериное дыхание и голодное рычание. Я поспешил отключить разрушение на мече, дабы демон не почуял магию.

Через мгновение показалась и сама тварь.

Медленно и жадно оценивая свой будущий пир из мертвых волков, демон припал на колени и вгрызся в тушу одного из трупов.

Пока тварь прожорливо чавкала, я думал только об одном: лишь бы сейчас не вернулся Хаген или Тунайт.

Демон не брезговал ни шкурой, ни костями. Он сжирал свою жертву полностью. Быстро покончив с первым трупом, без замедления он принялся за второй, переместившись ближе к кустарникам.

Я стал дышать тише и реже, у некоторых из этих тварей настолько великолепный слух, что могут за полкилометра услышать шуршащую мышь.

Зато теперь я смог разглядеть демона поближе и, к своему удивлению, вдруг осознал, что вижу его не впервые. Те же шипастые красные наросты по всему телу, та же продолговатая уродливая морда с пастью, словно бы разорванной от уха до уха, клыки, длинные — как у саблезубого тигра. Именно этого демона я видел в подземелье Мари.