— Может не сработать, — сухо сообщила она и решительно уложила меня на устланный простыней холодный стол.

Эффект от действия настойки оказался незамедлительным. Навалилась тяжесть, тело стало деревянным и непослушным, тягучая усталость утопила меня во тьме.

Очнулся я резко.

Ощущения едва ли такие же, как отходить от мутного и бредового наркоза. Здесь я проснулся от острого приступа тошноты и, казалось, что до этого вовсе не спал. Спазм скрутил желудок, и тут же боль отозвалась в где-то внизу живота. Под нос мне сунули нечто резко пахнущее мятой, гвоздикой и спиртом.

— Дыши, — велела Чаккерс, — иначе швы разойдутся.

Я послушно вдыхал в себя пары неизвестного вещества, и вместе с отступающей тошнотой в голове начало проясняться.

Я был все на том же столе по пояс голый, только теперь белая простыня была в крови, а чуть ниже пупка красовалась аккуратно зашитая продольная рана. Проследив за моим взглядом Чаккерс тут же положила на рану чем-то пропитанную ткань, а затем приступила к перевязке.

Пока она это делала, я осмотрелся. Кроме Чаккерс здесь не было никого.

Агата, даже не взглянув на меня, но каким-то образом сумев понять, о чем я думаю, сказала:

— Динокес вернулся в Сол-Меридию, он больше не мог оставаться в Аргазе, его пропажу могли обнаружить. А Гроут отправился отдыхать.

— Долго я был без сознания? — спросил я.

Она кивнула.

— Куда дольше, чем должны были. Вы совсем не восстанавливаетесь, вы слишком ослаблены, Ваше Величество. Даже боюсь представить, на что вы истратили столько сил, — немного подумав, она с легким укором добавила: — Наверное, это было действительно что-то важное.

Ее слова я оставил без ответа, бросив взгляд в одно из высоких окон. Яркие звезды сияли в черном небе, а где-то вдалеке плыло кровавое облако Шаргана. Агата тоже посмотрела на облако, но резко отвернувшись, строго заговорила:

— Сегодня воздержитесь от еды и пейте побольше. Хаген и Тунайт уже готовы отправиться к целительнице, поэтому вам нужно поторопиться.

— Не стоит обращаться ко мне, как к императору, — с укором произнес я и осторожно начал вставать.

— Но вы император, — холодно сообщила она, отстраненно глядя мне в глаза.

— А ты герцогиня Санта Бертольдо.

— Хорошо, Теодор, будем и дальше придерживаться легенд, — вздохнула она, взяла мою рубаху и жестом показала, чтобы я приподнялся. Какое-то время она помогала мне одеваться, а затем сказала: — И все же при других соратниках будет лучше, если мы будем обращаться к тебе, как к императору, а не как к мальчишке. Это не повысит твой авторитет в их глазах.

— Мой титул и так не повысит мой авторитет. Это обязаны сделать мои поступки и достижения, — слабо улыбнулся я.

Чаккерс отвела взгляд и в ожидании уставилась на дверь, в этот же миг она открылась и на пороге появился Хаген, позади него маячила полная фигура Пумкиса. Я понял, что Ярвин единственный из подпольщиков, кто мне не присягнул. Правда, на то, чтобы проводить сейчас еще один обряд присяги у меня не было ни сил, ни времени.

— Ты готов? — спросил меня Хаген.

В ответ я только кивнул и принялся осторожно подниматься. Хаг и Чаккерс тут же пришли на помощь. С их поддержкой я проковылял через всю школу, затем мы вышли на улицу, где нас уже ждал Тунайт.

Нам с Хагом пришлось довольно долго ему объяснять, в каком направлении и на каком расстоянии находится деревня Дерей. Хотелось бы, конечно, чтобы перенос был максимально близок к нужному месту, идти самостоятельно в таком состоянии я вряд ли смогу. Но и рассчитывать на это особо не стоило.

В конце концов спас положение Пумкис. Быстро сгоняв в школу, он принес карту графства Кей-Диуар, где и находились владения семьи Дерей. Самой деревни на карте не было, так как у нее даже по сути названия не было, но по местности кое-как мы сумели определить приблизительную точку переноса.

Тунайт долго и внимательно изучал карту, затем решительно кивнул и произнес:

— Я готов!

— Будьте осторожны, — произнесла на прощание Чаккерс, обведя нас взглядом.

— Будем, — пообещал Хаген, но Чаккерс этого явно было недостаточно.

Она порывисто ухватила меня за кисть руки и, притянув ближе, тихо произнесла на ухо:

— Береги себя, Несокрушимый, и помни, что от тебя зависит не только судьба Виреборна, но и всего человечества.

Она отстранилась так же резко, как и притянула к себе. В этот миг распахнулись пространственные врата и Хаген бесцеремонно протолкнул меня сквозь дыру, и не отставая, последовал за мной.