— Да ладно тебе! — тут же возразила другая девчонка с ярко-розовыми волосами. — Я — Алиса Малиновская и мой талант заключается в скрытности.

— По тебе не скажешь, что ты специалист по скрытности, — с недоверием в голосе произнес Истомин.

— В том и замысел, что у меня слишком привлекательная внешность. Настолько привлекательна, что ты запомнишь только ярко-розовые волосы, а лицо и не вспомнишь, верно?

Девушка оказалась отчасти права. Конечно, я отметил для себя её голубые глаза, а вот детали лица и одежды не запомнил. Да и вообще, где гарантия, что она не использует линзы? Если уж быть специалистом по скрытности, то идти до конца.

— Знаете существ, которых называют хамелеонами?

— Это те, что меняют свой цвет, сливаясь с окружающей местностью?

— В точку! — отозвалась девушка. — Её волосы сменили цвет, и даже кожа стала темнее, под стать шторам.

— Круто! — выпалил огромный парень, который ростом был под два метра.

Как я выяснил, его звали Ефим Дубовой, и этот парень мог покрывать своё тело слоем камня. Прям как статуя! Братья-близнецы Корней и Константин Ипатовы были эмпатами — считывали чувства окружающих, а общаться между собой вообще могли при помощи мыслей. Думаю, с них получились бы идеальные психологи и детекторы лжи.

— А я — ходячая батарейка, — с улыбкой и долей самоиронии призналась Ульяна Ершова. — Мой талант заключается в умении делиться силой с другими талантами. Если ваши силы на нуле, я могу отдать вам часть своей силы, и вы сможете пользоваться талантом дальше.

— Круто! — обрадовался Эдик.

— Не совсем, если ты хочешь пользоваться талантом самостоятельно, но не можешь ничего, кроме как отдавать силу, — с грустью в голосе призналась девушка.

Последним, кто поделился информацией о своём таланте, стал москвич Пётр Аверин. Парень создавал иллюзии, причем делал это так мастерски, что на первый взгляд и не отличишь. На занятии он создал своего двойника и заставил его повторять движения за собой. Выглядело забавно, да и применение у этого таланта отличное.

За разговорами и демонстрацией своих талантов мы не заметили как пара подошла к концу. Ирина Валерьевна записала информацию о наших умениях и пообещала к следующему занятию разработать индивидуальную программу тренировок для каждого. Было бы неплохо, потому как я рассчитывал улучшать свой талант, а пока эффект заметен только от самостоятельных тренировок. Закончив пару, мы отправились на тренировочную площадку, где нас ждал Платонов.

— Я не переживу ещё одного дня полосы! — жаловался Родя по пути на занятия.

К счастью, к занятию наши спортивные костюмы успели постираться и высохнуть, хоть пятна от земли и травы остались. Ничего, на ближайших выходных куплю себе новый, а пока и этого хватит.

— Сегодня приступаем к изучению рукопашного боя! — заявил Платонов после разминки.

— А полосы препятствий больше не будет? — удивился Кеша.

— Персонально для вас, Уваров, могу устроить пару кругов после занятия, если вам так хочется. Если вы мне позволите продолжить, тогда я скажу, что сегодня вам предстоит поработать с манекенами.

— То есть спаррингов не будет? — расстроился Кирсанов.

— Нет, конечно! Я не хочу, чтобы вы поубивали друг друга в первый же учебный день. Как видите, у нас и так недостача студентов из-за провинившихся. А теперь хватит болтать, пусть каждый подойдёт к манекену и повторяет движения, которые я сейчас покажу.

Эта тренировка была похожа на монотонное избивание груши. Мы наносили серии ударов, а Платонов и его помощники ходили вдоль рядов и проверяли, чтобы мы верно выполняли упражнения. Да, это занятие было немного проще полосы препятствий, но быстро надоело. Что тут оттачивать, когда хочется испытать себя в реальном бою?

— Замечательно, Никитский! Только постарайтесь не уничтожить манекен за одно занятие. Меня пока интересует не сила удара, а точность и правильность. С силой поработаете позже.

Через пятнадцать минут Платонов показал новую серию, и всё повторилось по кругу. Что приготовил нам Георгий Максимович на конец занятия мы так и не узнали, потому как над академией раздался звук сирены, а на тренировочную площадку примчалась запыхавшаяся комендантша.

— Георгий Максимович, родной! Беда! Горим!

— Клавдия Матвеевна, отставить панику! Где горим?

— Общежитие, где же ещё?

— Внутри кто-то остался?

— Никого! Все студенты на занятиях.

— Всем стихийникам собраться возле меня! Ваш талант укрощения огня и работы с водной стихией сейчас пригодится. Чижов, вы скоростник? Быстро приведите мне профессора Колмыкина. Остальным оставаться здесь, и чтобы ни одна мышь не проскочила к пожару! Клавдия Матвеевна, присмотрите за ними!

Отдав указания, Платонов повёл стихийников за собой, а я со всех ног помчался к академии. С помощью таланта замедлил время и от тренировочной площадки до учебного корпуса промчался всего за минуту. Влетел внутрь, промчался по ступенькам на второй этаж и ворвался в преподавательскую.