Гости разбивались на кучки по интересам и увлечённо болтали, обсуждая какие-то свои вопросы. Проходя мимо, я слышал лишь обрывки фраз:

— Григорий Степанович, уверяю вас, это выгодное дело! Добыча никеля повышается в разы, а только за последний год мы заработали на этом более трёх миллиардов рублей.

— Отчего же вы мне предлагаете партнёрство, господин Селиверстов? Мне кажется, если бы это дело было настолько прибыльным, вы бы не стали искать партнёров.

Чем закончилась беседа, я так и не услышал, потому как прошёл мимо, а слух уловил другую беседу:

— И что, она согласилась?

— Пока неизвестно, но мне кажется, что выбор очевиден, учитывая положение дома Градских…

Я остановился, услышав знакомую фамилию. Видимо, сделал это слишком резко, потому как разговор мгновенно оборвался, а взгляды молодых людей устремились на меня. Не оставалось ничего иного, как пройти мимо. Встревать в разговор незнакомых людей было неразумно, как и использовать талант, чтобы сделать попытку. Как я понял, в зале полно переодетой охраны и защитных артефактов, и любое использование таланта может иметь серьёзные последствия.

— Чижов! — голос Аверина заставил меня обернуться. Пётр направлялся ко мне, протянув руку для приветствия. — Рад, что ты нашёл время посетить это мероприятие.

— Не хотел обижать тебя отказом. Хоть и чувствую себя здесь немного неловко — столько незнакомых людей.

— Это только первое впечатление. Хотя, знаешь, с некоторыми лучше и не иметь знакомства! — Пётр многозначительно поднял брови, намекая, что здесь присутствуют люди с разным отношением к Авериным.

— Ава, слушай, ты ведь в курсе всех дворянских интриг. Можешь рассказать что произошло у Градских?

— Без проблем, дружище. Я в курсе, почему ты интересуешься Градскими, поэтому приоткрою завесу тайны. Но давай так: я отвечу на твой вопрос, а ты ответишь на мой.

— По рукам.

— Если отбросить мишуру, Градские сейчас в тяжёлом положении. Против них сфабриковано дело, которое они пытаются оспорить в суде. Кто-то ведёт против них нечестную игру, поэтому дом Градских пытается заручиться поддержкой союзников. Если судебное дело закончится поражением защиты, их обдерут до нитки, но если Градским удастся отстоять свою правоту, за них возьмутся с другой стороны, и тогда может политься кровь.

— И поэтому они выдают Миру замуж.

— Если знал, мог бы и не спрашивать, — произнёс Аверин. — Да, они пытаются заключить брак с давними друзьями семьи. Надеются, что Юзовские помогут им удержаться на плаву и обеспечат защиту.

Вот тебе и современное прогрессивное общество. Все вокруг, кто хоть немного способен мыслить, понимают, что это фальсификации, но никто не берётся защитить людей — боятся стать следующими. А ведь это даже не простолюдины, права которых мало кого интересуют в мире дворян, это такие же аристократы, как сотни людей, окружающих меня. Кто-то из них может стать следующим, но пока об этом никто не беспокоится.

— Надеюсь, я утолил твоё любопытство? А теперь мой вопрос: Арс, скажи честно, сколько тебе заплатили Серафимовы?

Пётр посмотрел мне в глаза, ожидая ответа.

— Я всегда честен. Может, иногда не совсем объективен, но в моих словах можешь не сомневаться. Что на счёт нашего договора, дело не в деньгах. Мы с Серафимовыми несколько раз выручали друг друга, поэтому тут роль играет, скорее, взаимовыручка.

— А если коснуться финансовой части? — нажимал Аверин.

— Владимир заплатил за год моей учёбы в Арктической академии, помог с вещами и карманными деньгами. Если в сумме, то это около четырёхсот тысяч. Собственно, такую сумму я должен заплатить, если захочу расторгнуть контракт.

— Копейки, учитывая, что ты — уник с хорошим талантом. Я ведь внимательно слежу за тобой на турнире. Не только за тобой, но и за другими бойцами. Ты стоишь больше, Арс. Скажу так, раз в десять больше, и это только на этапе обучения. После академии цена за тебя может подскочить до шести миллионов, или даже выше.

— Слушай, Ава, я ведь не товар, и не крепостной, чтобы меня продавали. Каждый из нас свободный человек, просто его связывает договор с определённым домом.

— Да, но Владимир вполне может отказаться от тебя, если ему предложат хорошие деньги. Всех проблем этим он не решит, но ты — такой же актив, как и фабрики, заводы, бутики или дорогие машины. Думаю, будет справедливо, если ты будешь это понимать.

Вот оно как! В плане персонала ситуация напоминает мне футбольную команду, в которой перспективных игроков пытаются переманить в свою команду.

— Но ведь у нас контракт всего на год, без отступных. В конце лета я могу спокойно уйти, так что тут ты немного заблуждаешься.

— Вот так новость! — улыбнулся Пётр. — Владимир считает, что ты у него на крючке, либо просто недооценил тебя. А ты не думал о том, чтобы перейти в дом Авериных? Конечно, лучше сделать это летом, чтобы Серафимов не потребовал назад потраченные на тебя деньги, но если ты готов сейчас, не вижу смысла тянуть. Только скажи, и Серафимов получит свои четыре сотни обратно.