Не так-то просто оказалось устроить информационное воздействие в обществе, не развившемся до высот интернета. Да, барды и песни, слухи, пересуды, но и что? Песни еще требовалось сочинить, да слова верно расставить, чтобы добиться цели, но этого было мало. Требовалось еще, иные формы культурного воздействия и досуга, а откуда их взять, если тут большая часть живых была неграмотна?

— Станцуй с нами!
– предложила Арханна.

— Хорошо, - не стал отказываться Михаил.

Они станцевали, потом он еще покружился с Ок'Цэ и даже поплавал с Увиалой, и понял, что танцы тут тоже не годятся. Но зато потанцевали вместе и потом опять вместе забрались в купальни, жены в последнее время то и дело норовили затащить Лошадкина туда. Даже Сталида почти преодолела водобоязнь и заходила по колено, сидела на специальной ступеньке.

— У нас будет праздник?
– спросила Арханна.

— Конечно, будет!
– фыркнула Пранта, обтирая себя и выбирая что-то из шерсти.
– Наш муж готовится к танцу нового года!

Новый год тут начинался с первым днем весны и мордахи устраивали танцы и пляски, сдержанно радовались и надеялись на зелень в степи. Мысли Лошадкина тут же отклонились в сторону совместных поселений, с началом весны им предстояло заработать в полную мощь... хотя нет, чуть позже, когда настанет время пахоты и сева, но неважно, общий принцип сохранялся. Работа и еще раз работа, чтобы осенью уже не знать голода, а через пару-тройку лет и холода.

Дороги и торговля, торговля и дороги.

— Но это танец мордахов, а наш муж выступает за все народы!

— Значит, мы все будем танцевать там!
– захлопала в ладоши Пранта.
– Съедутся все вожди, как на курултай, только на праздник, и мы наберем себе еще фрейлин и подруг!

Куда уж больше, беззлобно подумал Михаил, и так не протолкнуться во дворце. Он не возражал особо, понимал, что женам скучно, постепенно впрягал их в работу, стараясь не перегнуть палку. Как с женами, так и с сопротивлением патриархального мира вокруг.

— Расширим дворец и будет играть музыка, а мы танцевать и угощать вкусным!

— В конце зимы?
– усомнилась Арханна.

Не так уж они и неправы, подумал Лошадкин, пропаганда дружбы через сбор вождей всех народов, но сдержанно, без роскоши. Или устроить праздник на всю Дружбу?

— А почему бы и нет?! Склады полны, благодаря нашему мужу и другим посланцам, истребившим ужас глубин!

— Не забывайте, что ламассы занимались разделкой, - машинально заметил Лошадкин.

— И мы каждый день можем есть рыбу!
– оскалилась Пранта и попробовала обнять Увиалу.

Вышло не очень, но тут важнее был сам жест, чем его исполнение.

— Будут танцы?
– прямо спросила Арханна.

— Возможно, - сдержанно ответил ей Лошадкин.

— Что-то не так?

— Вы показали мне танцы своих народов, какие-то я видел, какие-то нет, - начал объяснять Михаил, - но главное, что каждый народ придумывал танцы для себя. Теперь вот у нас союз народов, нужны какие-то общие танцы, подходящие, если не всем, то большинству.

Ламассы и птерахи выпадали, разумеется, над этим тоже стоило поработать.

— Совет мудрецов ломает головы над единым языком, но его еще потом надо как-то внедрять, объяснять, учить. Другие посланцы готовят себе помощников...

Которых они в шутку между собой называли "орденом Робинзона", мол, будут служить барону. Михаилу это не показалось смешным, но убедившись, что все это звучит лишь в сети между живыми экспедиции, не стал громогласно возмущаться. Этих помощников стоило бы как-то обозвать, мудро и нейтрально, но в голову лезли всякие идиотизмы, вроде "секты Лошадкина", только портившие настроение.

Поэтому пока что Михаил махнул на них рукой.

— ... и я надеюсь, что вскоре мы начнем открывать школы, где будут учить всему этому.

— Небесной правде, - кивнула Арханна.

— Вот уж сомневаюсь, - покачал головой Лошадкин.

— Как?!
– аж вскинулась та.

Поднялась, обнаженная, из воды, словно Афродита, выходящая из моря. Афродита на хрокагский манер, конечно, и в то же время у Лошадкина опять появились смутные подозрения, зачем жены так и норовят затащить его в купальни.

Слова его, что общий танец помог бы объединению народов, не хуже языка, так и остались невысказанными.

— Живых надо учить языку, грамоте, умению писать и считать, основам геометрии и механики, всему тому, что поможет союзу народов расти и развиваться дальше, - пояснил Лошадкин.

Таков был замысел и совместное обучение тоже должно было сработать на союз народов - потом, когда все трудности начального периода оказались бы преодолены. Ожидалось сопротивление и нежелание отдавать детей, слухи против посланцев богов и всякие идиотские придумки про школы, в общем, разнообразные проявления того, что наблюдалось в истории Земли.