— Союзу поможет небесная правда!
– провозгласила Арханна, указывая на него пальцем.

— Мы не собираемся заниматься восхвалением себя и возведением храмов, - нахмурился Михаил.

Хотя уже и ползли разговоры, мол, надо бы поставить статуи посланцам богов, да и жилище им сделать еще больше и пышнее. Поставить пару храмов, где можно было бы открыто возносить молитвы, сейчас произносимые шепотом, и прочее в том же духе. Земляне не боролись активно, наблюдали и обсуждали возможное косвенное противодействие.

— Это прекрасно!
– вскричала Арханна, глаза которой пылали.
– Вы - посланцы богов и собираетесь прославлять их, а не себя, так и должно быть! Прославлять делами!

— М-м-м, - промычал Лошадкин, ощущая, как ступает на скользкую дорожку.

Он, как мог, избегал прямых разговоров о богах и религии. Даже слов о том, что они посланцы, старался избегать, хотя и не опровергал этой выдумки местных. Слишком уж легко было скатиться не туда, а то и вызвать религиозные войны в части вопросов, какой из богов лучше, кому именно служат посланцы и так далее. Даже храм чуть ниже дворца был посвящен нейтрально - местному солнцу - без конкретных имен.

— Народы должны знать небесную правду!
– продолжала Арханна в какой-то экзальтации.
– При школах должны быть храмы, где каждый смог бы ее узнать! Нужны проповедники и жрецы, те, кто понесет небесную правду в массы!

— Не так уж она и неправа, - вдруг вышел на связь Маниш Гозье.

— Подсматриваете за мной?
– хмыкнул Лошадкин.

— Если бы нам захотелось увидеть голых местных женщин, мы бы попросили раздеться наших помощниц.

— И как, попросили?

— Ты смущен, что я поддерживаю ее, и поэтому впал в сарказм?

— Нет, - соврал Лошадкин.
– Но храмы!

— Не богов и не религии, нет, небесной правды, - указал Маниш.

— Которую пишет мой помощник, впадая в религиозный раж и считая нас чуть ли не богами!

— Так мы исправим, создадим свод правил, кодекс, десять заповедей, называй, как угодно. Сделаем упор на дружбу, не ущерб самозащите и это сделает для сплочения местных больше, чем сотня школ!

— Но проповедники и жрецы?!

Арханна продолжала вещать как раз про них. Как подвижники новой веры пойдут по степи, лесам и горам, придут к соседям и те узрят свет нового учения. Обратятся в него и протянут руки дружбы, войдут в союз, и живые наконец-то заживут!

— Для нынешних времен — это хорошо.

— Кто их готовить будет?

Маниш только хмыкнул и отключился, а Лошадкин озадаченно почесал лоб. Ну да, ответ стоял прямо перед ним и нес голую правду, взмахивая руками и слегка покачивая грудями.

— Хорошо, - вскинул он руку.

— Хорошо?!
– уставилась на него Арханна блестящими глазами.

На мгновение Лошадкину показалось, что сейчас его изнасилуют прямо здесь.

— Ты возглавишь подготовку этих проповедников и будешь присматривать за храмами при школах! Мне нужен текст небесной правды, которую ты собираешься распространять, я и другие посланцы просмотрим ее и вычеркнем ненужное, и можешь приступать к работе.

— О, как ты скромен, Михаил!
– вскричала Арханна, падая на колени.

Она, похоже, забыла, что все еще находится в бассейне и ушла с головой под воду. Вынырнула, отфыркиваясь, и это слегка сбило с нее экзальтацию и понизило градус пафоса вокруг. Но все равно, атмосфера оставалась такой, накаленной, мягко говоря.

— Эй! Я тоже хочу нести небесную правду!
– возмутилась Пранта.
– Я может первая была!

— Песни и степь ждут тебя, - обрадовался Михаил.

Похоже, он неправильно подходил к вопросу мотивации жен. Вместо попыток создания дружеской и мирной атмосферы во дворце, следовало устроить легкую конкуренцию и выделить одну из них, чтобы остальные сразу ринулись в бой.

— Образование, - прогудела Сталида.
– Всем? Зачем?

— Чтобы даже рядовой крагл мог посчитать нагрузки, воздействующие на здание в пятьдесят этажей.

— Пять..., - Сталида нахмурилась, подсчитывая что-то в уме и на пальцах.
– Зачем?!

— Образование позволит получать большие урожаи, один живой сможет прокормить сразу десять, двадцать, сто других живых! Они смогут не думать об еде, а заняться другими вопросами, возведением новых, крепких дорог, например, или выращиванием чего-то, из чего можно делать прочную, хорошую одежду. Когда отступит голод, живые смогут размножаться без помех и им потребуется жилье, много жилья. Дома в пятьдесят этажей, например, и надо будет посчитать, давление ветра наверху.

— Давление ветра, - повторила Сталида, в глазах которой тоже начал разгораться огонек.
– Но у тебя, Михаил, есть твой могучий комбайн! Ты сможешь построить им!

— Образование нужно, чтобы строить такие комбайны, - пожал плечами Лошадкин.
– Чтобы потом любой смог выучиться и управлять ими, строить, копать, возводить и так далее.

— Любой? Но вы же пришли с неба!

— Образование поможет живым подняться к небу, - Михаил еще раз пожал плечами.
– Возвыситься, уподобившись богам. Стать как боги.