– Что происходит?

– Я пытаюсь понять, что тут неправильно.

Я проследил его взгляд и увидел, как Джо ведет обсуждение программы самоуправления кварталов.

– Что ты имеешь в виду?

– Они его слышат: они обращают на него внимание. – Он посмотрел на меня и обвел рукой зал. – Не только городской совет, но и репортеры, и публика. Они его видят.

Я это тоже заметил.

– И он переменился. Смотри, он убил своего босса – с нашей небольшой помощью – но он не... – Филипп покачал головой, пытаясь подобрать слова. – Он отдалился от нас, а не приблизился. Он... не могу объяснить, но чувствую. Я знаю, что происходит после инициации, а с Джо этого не случилось.

– Знаешь, что я думаю? – спросил Джуниор.

– Что?

– Я думаю, он половина на половину.

Филипп промолчал.

Но в разговор встрял Билл, энергично кивая.

– Ага. Как будто папаша у него был Незаметный, а мамаша – нет. Как мистер Спок или кто-нибудь еще.

Филипп медленно кивнул.

– Половина на половину, – сказал он. – Понимаю. Это многое объясняет. Я прочистил горло:

– Вы думаете, ему нельзя доверять? То есть он вспомнит, откуда мы пришли, или просто решит нас убрать? Вы думаете, что он уже не на нашей стороне?

– Лучше бы ему быть на нашей, – сказал Филипп.

– А если нет?

– Тогда мы его уберем. И поставим на его место Джима. Как хотели с самого начала те денежные мешки.

Через три дня в офисе мэра появился Джим. Он не только жался, ежился и стеснялся, но был очень напуган, и нам больших трудов стоило его уговорить, что мы ни в чем его не обвиняем.

Он позвонил Филиппу с просьбой о встрече – позвонил из автомата, потому что боялся, что мы его выследим и убьем за сотрудничество с Харрингтоном, Ламбертом и властной элитой. Он сказал, что просит перемирия. Он хочет с нами увидеться и все объяснить.

Тут не было отчего объявлять перемирие, и выяснять тоже было нечего, но Филипп согласился с ним встретиться и назначил место и время.

– Не говори Джо, – сказал он мне, повесив трубку.

– Почему?

– Потому.

– Потому что – что?

– Потому что.

Когда на следующее утро в назначенное время Джим вошел в офис мэра, вид у него был аховый. Он явно жил все это время впроголодь и очень нервничал. Одежда у него испачкалась, лицо осунулось. И пахло от него так, будто он уже приличное время не мылся.

Филипп рассказал ему о террористах, объяснил, кто мы такие и что делаем. Он не давил на Джима, но ясно дал ему понять, что он может к нам присоединиться, если желает.

Именно в этот момент в комнату вошел Джо.

Минуту мэр стоял в дверях, остолбенев и не двигаясь. Потом рванулся вперед с багровым от злости лицом.

– Вон из моего офиса! – крикнул он, показывая рукой на дверь. – Вон из моего города!

– Это Джим, – небрежно сказал Филипп. – Наш новый террорист.

Джо посмотрел на Филиппа, на Джима и снова на Филиппа.

– Вы что, не знаете, кто он такой?

– Я тебе это только что сказал. Это новый Террорист Ради Простого Человека.

– Это тот, кого этот сукин сын Харрингтон хотел посадить на мое место! – Мэр подошел к Джиму и уставился ему в лицо: – Кто ты такой и откуда?

– Меня зовут Джим Колдуэлл. Я из Сан-Франциско.

– Почему ты решил нас продать?

– Я не собирался вас продавать. Эти парни нашли меня на бензоколонке, где я работал, и спросили, хочу ли я быть мэром. Что я должен был сказать?

– Не дави на него, – сказал я. – Ты же знаешь, как это случилось.

– Я знаю? Я только знаю, что он хотел перебить у меня работу! – Он снова повернулся к Джиму: – Зачем ты сюда приехал?

– Мне пришлось уехать из Сан-Франциско, потому что я там убил своего начальника на электростанции...

– Можешь не рассказывать, – устало поднял руку Филипп. – Это мы все знаем.

– Я хочу, чтобы он убрался отсюда! – рявкнул Джо.

– Положил я на то, чего ты хочешь.

Голос Филиппа был тих и холоден, как было в разговоре с Харрингтоном. Стальные глаза не отрывались от мэра.

Джо чуть сдал назад, но тон его не стал менее воинственным.

– Я здесь мэр, – сказал он. – А не ты.

– Это верно, – ответил Филипп, медленно придвигаясь к нему. – Ты здесь мэр. Ты мэр этого вонючего маленького пригорода Палм-Спрингз, и у тебя есть власть расширять улицы и строить бейсбольные площадки. – Филипп властным жестом хлопнул ладонью по столу. Хлопок прозвучал как щелчок бича. – И не вешай мне лапшу на уши, какая ты важная птица. Ты был бы никем, если бы мы не встали на твою сторону. – Он показал на Джима: – Вот кем ты был бы.