Тамила отреагировала быстрее всех. Она в прыжке сбила бедолагу с ног, они покатились и вылетели из-под града обрушившихся в ту же секунду предметов. Упавшие тела женщины и матроса составили не двусмысленную композицию. Первый шок свидетелей этого происшествия, быстро сменился радостным облегчением. А один из матросов даже отпустил пошлую шуточку по поводу их позы. Женщина неторопливо встала, подошла к нахалу и что-то ему тихо сказала. У того улыбка сползла с лица. А стоявший рядом пожилой боцман залепил ему звонкий подзатыльник. Матросы весело заржали. А женщина вернулась к прерванному разговору.

Герман с интересом пригляделся к героине происшествия.

Какая восхитительная фигура! Абсолютные, совершенные пропорции тела. Только почему-то при взгляде на неё, в голову приходили не мысли о флирте, а сравнение с красивой стальной пружиной. От её движений веяло спокойствием и опасностью. Одета она была, на взгляд Германа, в излишне облегающий костюм, подчеркивающий и её прелести, и мускулы. Почему-то подумалось об оружии, которое можно скрыть в складках одежды, а можно и демонстративно выставлять напоказ.

Тёмные волосы перехвачены сзади простой резинкой. Правильные, даже красивые по-отдельности черты лица, сложенные вместе, производили странное впечатление. Её лицо было бы идеальным для фотомодели. Не в том смысле, что оно отличалось красотой и выразительностью, а как раз наоборот. Оно было никаким, как чистый холст, на котором можно нарисовать всё, что угодно: красавицу, дурнушку или пейзаж. Лицо было настолько никакое, что это бросалось в глаза.

За общим шумом не было возможности уловить её голос, но Герман ни секунды не сомневался, что не услышал бы в нем ни единой эмоции.

Герман оглянулся и заметил, что Арабы как и он стали свидетелями инцидента. Их взгляды пересеклись, и они вежливо приветствовали друг друга поклоном.

К причалу подъехал вызывающе новый, огромный лимузин. Шустрый шофёр в костюме, а ля «Люди в чёрном» распахнул пассажирскую дверь, из которой явил себя зрителям пожилой, но стройный и энергичный мужчина. Одет он был как самый банальный Турист. Шорты чуть ниже колена, гавайская рубаха навыпуск, лёгкие шлёпанцы на босу ногу и нелепая морская фуражка. С невинной улыбкой он двинулся в сторону «Путорании», а его водитель и присоединившийся к нему помощник покатили к трапу два исполинских чемодана. На встречу новому гостю ринулся Капитан.

Вероятно, он был осведомлён о личности вновь прибывшего. Судя по продемонстрированному капитаном почтению, оценивал он гостя явно не по экцентричному внешнему виду, а скорее по его рейтингу в списке Форбс или ещё какому-нибудь табелю о рангах для сильных мира сего. Во всяком случае, Спонсор, как окрестил его про себя Герман, подал капитану руку для крепкого рукопожатия, а не для поцелуя. Уже хорошо, плюсик ему в карму.

Спонсор сразу скрылся с палубы в отведённой ему каюте. «Чтобы переодеться», — подумал Герман. Но не тут-то было, через пять минут тот уже снова оказался на палубе в шезлонге и с коктейлем в руке. В довершении образа на носу у него красовались провокационно-розовые пляжные солнцезащитные очки.

Выглядел гость вызывающе неуместно. С другой стороны, нынешнее развлечение обошлось ему в четверть миллиона баксов. Заплати он столько же за билет в Венскую оперу, ему позволили бы сидеть в зале в купальнике и в ластах. Ох уж эти толстосумы!

Герман не ненавидел их. Ненависть от зависти. Они были ему неприятны. Впрочем, этот конкретный мешок денег был даже в чем-то мил. «Ладно, — подумал Герман: — тебе в моих репортажах не помогут твои миллионы. Камера будет беспристрастна и честна».

Отправление большого корабля в плаванье это всегда нечто торжественное. Праздник, событие, даже если причал не наводнён толпой провожающих и зевак, если не надрывается, перекрывая шум порта, духовой оркестр.

Гигантское сооружение размером с маленький завод как-то вдруг, неожиданно отделилось от причала и поплыло. Завершил общее впечатление вскрик корабельной сирены.

Герман автоматически глянул время в телефоне. Ровно восемь. Через час встреча в кают-компании.

Интереснее выхода из порта может быть только возвращение в порт. Впрочем, это субъективно. В любом случае, и то и другое гораздо увлекательнее, чем ровное и монотонное движение в открытом море.

Наблюдения за манёврами «Путорании», за другими судами в порту и на рейде, за удаляющимся берегом сделали ожидание встречи приятным.

Суетливые мысли вместе с будничными заботами растворялись в пройденных милях и становились иллюзорными, как отголоски сна.

Хорошо, что он согласился на эту работу! У Германа улучшилось настроение. А где бы тут перекусить?

Германа мало заботило, что его ожидает в кают-компании. Очередная деловая встреча. Типа регистрации участников конференции перед началом заседания. Может, выдадут бейджик на шнурке и программу мероприятия. Он просто забыл сколько стоит такая прогулка.