— Ясно. Список скандальных имён наверняка где-то спрятан. А что там про охранную систему?

Она уставилась на Германа:

— Никак не могу привыкнуть, что ты ничего не помнишь. О, тебя ожидают незабываемые впечатления.

— Не умничай, пожалуйста. Расскажи.

— Нет! Не хочу портить сюрприз. Просто попробуй выбраться за пределы клиники или попасть в зоны, запрещённые для пациентов, ты их сразу увидишь, они помечены предупреждающими знаками.

— Я попробовал. А теперь объясни, что это было.

— Ух ты! Молодец. Но сначала ты рассказывай.

— Ладно. Сегодня, рано утром я попытался проникнуть в левое крыло главного корпуса. Знаешь, туда где находятся офисы. Дверь была не заперта. Я открыл её. За дверью оказался длинный-длинный коридор с рядами кабинетов по обе стороны.

— И?

— Я вошёл внутрь, — Герман явно намеренно затягивал рассказ, театрально нагнетал атмосферу: — Я осторожно двинулся вперёд.

— Ну не тяни!

— А потом, — снова пауза: — открылась дверь одного из кабинетов. Она открывалась так медленно, что я успел подумать о тебе, о себе, о безрассудности нашей затеи. Из кабинета вышли два доктора, в белых халатах. Они заметили меня.

Эльза стукнула Германа кулачком по плечу:

— Я тебя прибью!

— И вежливо выпроводили наружу. Всё!

— Ну, так совсем не интересно! — протянула она разочарованно.

— А теперь, твоя очередь. Давай выкладывай, что должно было случиться?

***

— Накануне своего исчезновения ты рассказал мне, что профессор выболтал тебе кое-что очень-очень важное о том, как организована охрана пациентов от побега. Ты был удивлён его откровенностью. Но теперь-то ясно, почему он мог себе позволить раскрыться перед тобой. Профессор знал, что назавтра «новый ты» ни слова не вспомнишь из этого разговора. Он не учёл только двух вещей. Во-первых, ты записал его откровения на полях одной из подаренных тебе книг.

— Неплохо бы вспомнить, что это за книга и где она теперь.

— А во-вторых, ты рассказал всё мне.

— Ну, рассказывай!

— Так вот, оказывается, всем пациентам Клиники в спинной мозг вживляется микрочип. Не помню точно, между какими позвонками, с помощью иглы делается прокол, называемый пункцией. Процедуру проводят под общим наркозом. Придя в себя, пациенты не испытывают никаких неприятных ощущений.

— И что делает этот имплант, зачем он нужен?

— Вот тут-то самое интересное. Если пациент попытается сбежать, или хотя бы выйти из зоны разрешённого пространства, имплант выдаёт микровольтовый электрический разряд. Нарушителя парализует. Обычно сначала отнимаются только ноги, нижняя часть тела. Но если нарушение не прекращается, то после повторного разряда и руки тоже. В итоге, человек лежит как бревно в ожидании санитаров.

— Ужас!

— Согласна. Я пару раз видела таких. Их перевозили в креслах каталках. Лица у них были заплаканные, но счастливые.

— Они что, стали идиотами?

— Они были счастливы, что их спасли, избавили от мучений.

— Это же... Пытки. Это чудовищно!

— Вот-вот, ты тогда тоже сильно возмущался. И грозил всё опубликовать.

Герман помолчал, переваривая новую информацию:

— А зачем, ты меня хотела подставить, когда подговаривала нарушить границы, разрешённые для пациентов? Что я тебе плохого сделал? Что за детская жестокость?

— Просто тебе пора уже осознать, в каком опасном месте ты оказался. Тебе не хватает стимулов для того, чтобы начать спасаться. А окно возможностей неумолимо закрывается.

— Если на мне это не сработало, значит, у меня нет такого чипа?

— Пока нет. Или он отключён, — пожала она плечами: — Вообще-то, пока у тебя нет импланта, ты можешь попытаться отсюда сбежать. Охранники расслаблены, полностью полагаются на парализующее действие имплантов, они стали медлительны и не торопятся реагировать на сработку сигнализации. Если быстро выбраться наружу, то у тебя будет шанс.

— А ты? Давай вместе спасаться, — он осёкся: — А у тебя. Есть у тебя такой имплант?

— Не знаю, я не пробовала нарушать границы.

— Но можно же увидеть след от пункции?

— Можно, только для этого нужен надёжный напарник. Такой, которому можно показать не защищённую голую спину.

— Давай я посмотрю.

— Что, прямо здесь? Нас увидят. И тут вокруг камеры.

— Тут везде камеры.

— И потом, я не уверенна в тебе. С нынешним тобой я знакома всего ничего. Вдруг ты начнёшь ко мне приставать?