– Это же… это… может, зарубим?
– возбужденно потянулась за катаной Альке.

– Что тебе говорили про тыканье острыми предметами в неопознанные вещи?
– уточнил Кортез, придержав своей рукой рукоять клинка девочки и внимательно разглядывая резервуар.
– Тут или током ударит, или Варпом. А то и оба сразу.

– Тогда выстрелим!

– А может и взорваться. Ну или как минимум, точно поднимется тревога. Так что сначала мы пройдем дальше и узнаем больше.

Цилиндр действительно походил на сплав технологии и колдовства. Механизмы, хоть неизвестные и непонятные были, а вот питание к ним, похоже, не подводилось. Зато по верхнему ободу на металлической полосе была выгравирована вязь отдаленно напоминающих потолочные росписи символов. Рядом с резервуаром на стене был виден дверной проем. Точнее, тонкая полоса в камне, в которую едва ли можно было бы вставить лезвие ножа, без петель, замка или даже панели управления.

– Сейчас… - Дариэл очень, очень внимательно осмотрел и дверь, и стену, и пол перед ними, и был вознагражден за усердие. Едва заметные потертости подсказали, куда становились те, кто проходил здесь, и куда клали руки.

– Вот здесь надо так, и теперь…Когда он принял нужное положение, по телу стрелка прошла волна какой-то…энергии? Чего-то цепкого, изучающего, выворачивающего его наизнанку иперетряхивающего саму душу. Дариэлу показалось, что он слышит, как где-то за гранью реальности заорал его двойник. Или не орал? Но ужас своего давнишнего зеркального гостя Хавлок точно ощутил. А потом плита, перекрывающая проход исчезла, и стрелок попал в алхимическую лабораторию. Добротную, хорошо скомпонованную, даже уютную. Такая, разве что малость побольше, была у них на базе на Дезолиуме. Колбы, реторты, странные механизмы, перемежаемые не менее странными артефактами.

– Дэриэл, докладывай, ты где?
– раздался в вокс-бусине голос Кортеза. Стрелок обернулся, и увидел озадаченных товарищей

.- Как это где? Я вот он, за порогом, - он даже высунул руку и помахал ею для наглядности.

– Для нас здесь все еще стена, - сообщил Кортез.

– А…

– Да, твоя рука только что прошла сквозь камень.
– арбитр как мим положил ладонь на что-то, для Дариэла невидимое.
– Определенно, для нас проход еще закрыт.

– Гм… Вы видели, где и как я становился. Видимо, придется повторить каждому. Я подскажу, если что, вас я вижу прекрасно. Но будьте готовы, ощущения…неприятные.

Пройдя через тот же сканирующий аркан, а Кортез смог ощутить, что это было именно плетение, работающее в автоматическом режиме, оставшиеся аколиты проникли в лабораторию. Здесь пси-фон был довольно высоким, фонило буквально все. Даже освещение, довольно яркое, было не электрическим, а имело варповую природу. К детальному осмотру группа приступить не успела. Из двери в дальней стене, уже самой обычной деревянной, без незнакомых технологий или колдовства, вышла пожилая женщина. Откровенно говоря, древняя бабулька. Увидев гостей, она и бровью не повела, а совершенно спокойным чуть усталым голосом произнесла:

– Ну, сынки, раз нашли это место, пойдемте хотя бы чаю выпьем.

***

Хьйорват оставался на базе. Айзена не было, но он и не сообщал об ориентировочном времени возвращения, так что Слышу-Твои-Слова не особенно беспокоился из-за этого. Куда больше его заботило напряжение, которое он почувствовал в Варпе. Сначала это было что-то за городом, злое, опасное, растущее, но оно внезапно пошло на убыль, а вот в городе осталось напряжение, словно собирались клубящиеся грозовые облака в варпе. И вот оно уже медленно, но неуклонно нарастало. Центр грозового фронта был над храмом, сердце его билось где-то далеко за городом. Хьйор не мог понять, что это такое, слишком оно было странным, слишком непохожим на знакомое ему колдовство, а потому ломал голову, как можно защитить помещение от всего разом. На ум ничего толкового не приходило. По крайней мере, не требующего долгих приготовлений и специфических ингридиентов.

Арбитр появился далеко за полночь, рассказав о совершенно нездоровой атмосфере в городе. По улицам ходили усиленные патрули, очень редкие прохожие торопились по домам, где запирались все ставни и двери - в городе достаточно внезапно был объявлен комендантский час. А еще немногим позже, когда время приближалось часам к четырем, с улицы послышался шум многих голосов, крики, стрельба. Айзену пришлось пройти в другое крыло, чтобы добраться до окон, выходящих на нужную сторону, и проходя через здание, он отметил, что мало кто спал, но и жильцы и постояльцы предпочли забиться на второй этаж и держаться подальше от окон. Это было разумно, но странно.

Любопытство и потребность в том, чтобы знать, откуда исходит опасность, обычно пересиливают и логику, и чувство сиюминутного самосохранения, так что всегда находится человек, который упрямо выглядывает в окно.

“Сегодня, похоже, это я”, - решил арбитр.

А на улицах было самая настоящая организованная зачистка. Большие группы, буквально толпы людей, еще далекие, но численность вполне можно было оценить по зареву от факелов, проходили по улицам и безжалостно кого-то истребляли, судя поголосам - сейчас преимущественно женщин. Припомнив окрестности, Айзен понял, что это тот самый район трущоб и борделей, который ему уже был знаком. Пока смысла дергаться вроде бы не было, но дурное предчувствие подсказывало ему быть настороже, кто знает, остановятся ли линчеватели на криминалитете, или захотят пощупать еще и иномирцев.

Неслышно подошедший Хьйорварт сообщил, что чувствует связь клубящегося над городом колдовства с людьми. С каждым из толпы. Они были под управлением, хотя в таких масштабах это и казалось на первый взгляд невозможным.

– Возможно, это не прямое управление одним человеком, а заложенная программа, - предположил он.
– Но, боюсь, я все равно не могу разорвать эту связь.

А тем временем, толпа приближалась, и дошла до пристойных кварталов, где располагались постоялые дворы. И на улицы стали выволакивать уже туристов и паломников. Причем, на что обратил внимание арбитр, в эти дома не вламывались, а стучали. И хозяева гостиниц и дворов открывали и впускали линчевателей.