– Сказал бы, что у старого пса получились неплохие щенки... Но на собак вы похожи меньше всего.
– Отсалютовал ей снифтером Лис.

– Если проводить параллели с собаками, я как ни крути выхожу сукой.
– Вернула ему приветствие Липпе.

– Заметь, не я это сказал!
– Расхохотался инквизитор.Похоже, Старого Лиса внутренне смущало то, что возможно придется покинуть нору и вступить в противостояние лично. Но в целом, он был к этому готов.

Сообщение от Одессы было тщательно зашифровано, и по вскрытии, явило собою астропатическую передачу с Инда о некоем внезапно возникшем Кризисе, который может двинутся к нам в течении недели. Малость почесав затылок, наша госпожа пришла к выводу, что Кризис с большой буквы - это видимо внезапно прибывший Виктус Ксеркс, гордый носитель соответствующего когномена, и он планирует двигаться к нам. С ним, конечно, было бы любопытно пообщатся на предмет его взгляда на ситуацию, и зачем вдруг мы ему понадобились, но пока пришлось ответить, что мы слегка застряли в Трикорне и пока что нам его покинуть не светит.

Под утро, Мира ощутила тонкое, почти неощутимое прикосновение сна во сне. Изящная нить онейромантического заклинания прошла сквозь защиту Трикорна, как игла сквозь плотную парусиновую ткань.

Изящная девушка стояла спиной к дознавателю.

– Привет, маленькая кошка.
– Произнесла она.

– Здравствуй, Нэннеке.
– Ответила Мира.
– Демоническая ты лисица.

Девушка обернулась. Глаза её были залиты чистым, расплавленным золотом, светящимся изнутри.- Нэннеке... Давно я не слышала этого имени.
– Она неспеша пошла по кругу, и сон немедля стал более вязким, как будто комната наполнилась густой патокой.
– С тех пор, как хранила особую библиотеку... Господина Липпе.

Липпе прищурилась - и липкое наваждение спало, отринутое её волей.

– Забавно глядеть со стороны, как вы пытаетесь изобразить что-то в этой паутине.
– Вновь зазвучал голос златоглазой.
– Спутанной, местами оборванной... Я рву нить за нитью - но она не становится понятнее. Что ты хочешь сделать? Какие у тебя планы?
– Гнев исказил черты её лица, делая их отталкивающими, словно под этим милым личиком оскалилась звериная морда.

– Я следую регламенту.

– Регламенту? Регламенты, приказы... Вы все хотите казатся такими правильными. Ты, он, эта старая шлюха... Вы все думали, что я буду служить вам вечно, да? Я давала клятву одному - и кем он стал? Предал и продал всё. Сам стал одним из них. Одним из тех, с кем сражался. Знаешь что, милая. Я выхожу из этой игры, и не собираюсь больше возится со всеми вами.

Симпатичная девушка вдруг потеряла чёткость формы, обернувшись огромной лисой, переливающейся всеми цветами варпа и скалящейся очень убедительно зубастой пастью.

Липпе молча развела руками.

В ночной темноте послышался отчаянный стон. Как будто госпожа Липпе была ранена и испытывала сильнейшую боль.

В руках Миры Кадис в пространстве сна появился "Фиат Люкс" ("Fiat Lux"-"Да будет Свет", высокий готик) - её двуручный психосиловой меч, инкрустированный истинным серебром. Она чуть присела, направив остриё в противника, как будто угрожая уколом снизу вверх.

Сжавшись, как пружина, лиса рванула вперёд, замахнувшись лапой с длинными, изогнутыми когтями. Мечница сместилась буквально на несколько сантиметров, пропуская мимо удар.

Ауспекс мгновенно прострелил аппартаменты в рентгеновском диапазоне и сонаром. Кроме нас внутри не было ни души. Газов и токсинов тоже не обнаружилось.

– Борис, вставай.
– Громким шёпотом сказал я.

Арбитр подхватился на ноги и мы рванули в соседнюю комнату.

Пружинисто качнувшись в низкой стойке, Мира вогнала сверкающий психическим огнём меч в грудь демонической твари.

Та завизжала, сотрясая нереальность, и со свистом разрезая пространство иллюзии, прямо в горло дознавателю вновь полетели острые, черные, как обсидиан когти.

Теперь не достигнув мягкой плоти лишь на какие-то миллиметры.

Не искушая далее судьбы, дознаватель собрала волю в кулак и открыла дверь за пределы пространства этого сна.

Когда дверь комнаты госпожи дознавателя наконец вылетела от наших совместных усилий, она уже сидела в постели, с открытыми глазами, буквально в луже собственного холодного пота. Однако, несомненно пребывая в сознании и относительном здравии.

"В пси - чисто." - Маякнул Борис жестом боевого языка ретюны.

Грудь госпожи Липпе была и впрямь хороша, и огромный шрам, спускающийся с лица практически через всё тело, нисколько её не портил.

– Коммандер, всё в порядке?
– Вежливо поинтересовался внимательно пялящийся в потолок арбитр.

– В порядке, во сне были гости.
– Она неспешно завернулась в одеяло.
– Есть над чем подумать.

– Медицинская помощь? Транквилизаторы, "птичка"?

– Спать я сейчас точно не хочу!
– Энергично открестилась дознаватель.
– Пока эта не съебётся...

– Крепкий рекаф?

– А вот это будет очень к месту.
– Она сбросила одеяло и завернулась в халат.
– Значит так, бойцы, новая вводная. Сны можно не только видеть, в них можно ещё и ходить. Это псайкерская школа, абсолютно не имперская, из запрещённых. Так что можно наведаться в чужой сон и даже на него влиять, с самыми разными результатами. В общем, была у меня гостья, которая имеет претензии к господину инквизитору за то что он её связал и применил, и сейчас вроде бы старательно рушит его планы как умеет.