— Скажи ему, чтобы он перестал на меня так смотреть. Мне не по себе, — попросила она.

— Думаю, ты ему просто нравишься.

Она нахмурилась. — Это не взаимно.

— Не будьте так жестоки, сударыня, — пригладил бороду Аристарх. — Получить фамильяра — это большая удача, особенно если он будет полезен. А данное существо умеет летать. Ярослав, вы можете с ним общаться?

— Да. Он не мастер в формулировках, но вполне понятно изъясняется.

О том, что я мог смотреть его глазами, я умолчал. Неизвестно в каких отношениях с Каланскими, да и Косаткиными, мы будем потом.

Им не стоит знать слишком многое о моих возможностях.

Мы пошли дальше.

И я задумался: почему бы не попробовать открыть прорыв на Лицевой мир? Впрочем, не здесь. Слишком близко к месту, где произошла катастрофа. Прорыв скорее всего просто бы вывел нас в открытое море.

Через полчаса туман стал понемногу редеть, так что мы могли видеть не на несколько метров вперёд, а на целый десяток.

И вскоре Аристарх остановился.

— Присмотритесь.

Впереди, за туманом, мелькал едва заметный свет, похожий на мигалку.

— Что это? — спросил я.

— Маяк. Они расставлены по всей долине, чтобы мы могли ориентироваться здесь. И этот я знаю. Поздравляю, мы неподалёку от заставы!

Этот маяк выглядел как вкопанная в землю конструкция из железа, ростом с человека, на вершине которой ярко мигал фонарь.

Практично, когда вокруг сплошной туман. Неподалёку от этого маяка было ещё два, в разных сторонах проходящей здесь тропы.

Через час пути по этой тропе, в тумане впереди показались очертания высокого деревянного частокола. Поверх него висел магический купол, который не пропускал внутрь туман.

Да и нас пропускать никто не собирался.

— Не двигаться! — из бойниц на нас наставилось несколько ружей, а скрипучий голос начал раздавать команды. — Зубочистки свои на землю, руки-крюки за головы и чтоб даже обоссаться без моей команды не смели, понятно?!

Аристарх тут же раскраснелся, приготовившись разразиться гневной тирадой. Косаткина тоже. Но я остановил их рукой и вышел вперёд.

На меня резко навелись все ружья одновременно.

Но я поднял руку. Мой фамильный перстень блеснул фиолетовым цветом.

— Мы — аристократы Российской Империи, потерпели крушение и лишь благодаря воле предков сумели спастись от катастрофы на Изнанке. У каждого из тех, кого вы видите, за плечами древний клан и могучие покровители. Немедленно отворите ворота.

— Клан? — в бойнице показалось лицо хозяина голоса. Сморщенное и смуглое, словно изюм. Он подозрительно уставился на меня. — Ну-ка, назовитесь!

— Кальмаров, Каланский и Косаткина.

— Кальмаровы потонули! Об этом весь Владивосток знает, кому ты лапшу вешаешь? От них только графини остались, да горстка слуг. Да и то непонятно, что там у них. Эпидемия на их острове так и лютует.

Та самая эпидемия, о которой говорил капитан?!

Она была и во владениях моего рода?! Это нехорошо. Если Кальмаровы поумирают, то мои обязательства по договору будут провалены, а я умру.

— Не веришь, спустись и посмотри на моё кольцо. Или ты хочешь, чтобы я зашёл внутрь сам?! — с неприкрытой угрозой в голосе выкрикнул я. — Могу устроить. Если ты сейчас же не откроешь ворота.

Он хмурился. Думал.

Я демонстративно закатал рукава, положил руку на рукоять шпаги и двинулся к воротам. Нацеленные на меня ружья игнорировал. Они даже не посмеют выстрелить.

— Открыть ворота! — прокричал этот «изюм» в последний момент.

Со скрипом створки отъехали в стороны.

В воротах показался тот сморщенный мужичок, ростом он доставал мне едва ли по грудь.

А сзади подошли Аристарх и Косаткина.

— Э… ваше сиятельство, значится, можно на перстень взглянуть? — уверенности в голосе мужичка поубавилось.

Я сжал кулак и протянул вперёд руку, немного не доставая до его лица. Он нервно заморгал и присмотрелся к кольцу.

— Ну, видать, оно. Извиняйте, ваше сиятельство, у нас сейчас приказ строгий. Кого попало не пущать, со всех спрашивать, а подозрительных сразу под прицел брать.

— Имя, должность и звание! — сердито потребовал Аристарх.

Смуглый мужичок аж побледнел. — Тимофей Васильич Иванов. Начальник охраны ворот. Младший унтер-офицер, — он встал по стойке смирно. По его виску стекла капля пота.

— Впервые вижу тебя на этой заставе. А судя по тому, что ты наговорил, и в последний!

— Это был мой приказ! — со внутреннего двора заставы вышел плечистый мужчина, с низким басовитым голосом. — Гнать всех, кто вызывает подозрения. А в тумане сложно увидеть родословную подошедших!