Миша гаркнул так, что Андрей поморщился и потер ухо.

— Ты можешь не орать? — прошипел он и оглянулся на прозрачную стену, за которой копошился Юся. — У меня в кабинете нет шумоизоляции для твоего медвежьего рева. Только перегородка с внешней стороны матовая.

— А ты не о шуме думай. Лучше соображай, как скажешь матери и отцу с Владом про мальчонку. Как его зовут, кстати?

— Стас.

Андрей перекатил имя на языке и понял, что оно ему даже нравится. Гордо звучит: «Станислав Андреевич». Прямо-таки с душой. Оксана очень удачно подобрала имя их сыну. Вчера он ради любопытства залез в сеть и посмотрел его значение, хотя данная информация ему была совершенно не нужна.

— Плохая идея, — вдруг поморщился Андрей, когда до него дошло, о чем просит брат.

— Что именно?

— Рассказать остальным.

Миша присел на край стола и взял бронзовую фигурку Фемиды. Весы в ее руке качнулись, а на отполированном боку заиграли лучи солнца, когда он повернул богиню правосудия к окну. Несколько минут он молча вглядывался в сосредоточенное лицо из металла, потом тяжело вздохнул и поднялся.

Фигурка со стуком приземлилась обратно, и Андрей вздрогнул.

— Мне насрать, как ты договоришься со своей бывшей, братишка, — Миша сунул руки в карманы брюк. — Но либо ты представляешь их в конце месяца на мамином юбилее, либо я сам возьмусь за этот вопрос. И лучше тебе не доводить до подобного исхода.

Прищурившись, Андрей напрягся и начал подниматься. Его взор был прикован к невозмутимому лицу Миши. Он внимательно следил за изменениями в чертах, ловил каждое движение. Будто готовился к новой атаке, которую на сей раз не собирался спускать на тормоза. Но брат не шелохнулся, только вздернул бровь в немом ожидании.

— У нас с Оксаной разногласия, — холодно проговорил Андрей и уточнил: — Серьезные. И я не уверен, что к концу месяца оставлю ей право жить с сыном.

— Ты же наш король всех мудаков, — умилился Миша. — Создавать себе проблемы с женщинами научился, а вот с их решением возникли проблемы?

— Ты не понимаешь, Мих…

— Это ты не понимаешь!

Когда Миша вновь повысил голос, за стенкой подпрыгнул на стуле Юся и с опаской покосился на перегородку. Андрей же стиснул молча зубы, ибо ругаться с братом не желал. Тем более из-за какой-то дешевки, которая умудрилась от него залететь. Спустя три месяца отношений.

Случайно или специально — теперь уже не разобраться.

«С этой дешевкой ты провел три месяца», — ехидно напомнил внутренний голос.

— Ты не ругаться с ней должен, а просить разрешение на встречи с сыном. Хорошо просить, Андрей. Без угроз, шантажа и попыток затащить ее в суд, — уже спокойнее продолжил Миша. — именно так решают проблемы взрослые люди с детьми. Договариваются!

— Договариваться с кем? С актрисулькой, скачущей из постели в постель, ради удачной роли?!

От удара по лицу из глаз посыпались искры, металлический привкус крови осел на языке. Прикоснувшись к разбитой губе, Андрей стер алые капли и яростно посмотрел на спокойного Мишу. А тот даже не дернулся. Знал, что ответа не последует.

Потому что за языком надо все-таки следить. Именно этому их всегда учил отец, никогда не опускавшийся до огульных оскорблений. Но в отношении Оксаны у Андрея все закипало внутри от ярости, когда он вспоминал те фотографии с Боярышниковым. Хотя в них не было ничего ужасного или компрометирующего.

А если бы и было… Какое ему до этого дело? Разве он сам не прибегал к грязным методам в работе, чтобы забраться на вершину? Прибегал. Еще как. У каждого свой путь к солнцу, и не всегда он выложен дорогой из желтого кирпича.

Только знание этого факта все равно не помогало справиться с собственническими чувствами.

— Прости.

— Извиняться ты должен перед своей Оксаной, а не мной, — отрезал Миша, но смягчился. Голос потеплел. — Хрен с ним с прошлым. Его не вернешь и не исправишь. Сейчас реши проблему без сопутствующего дерьма. Иначе вместо сына получишь маленького человечка, который вырастит с ненавистью к тебе.

Шумно вздохнув, Андрей развернулся и прислонился к столу. Поднял голову, растерянно посмотрел в потолок и в сотый раз за последние сутки прокрутил в голове вопрос Оксаны.

«Ты счастлив?»

— Он ужасно невоспитанный, — буркнул, наконец, Андрей. — В отношении к другим. С ней нормальный.

— В чем проблема? Женись и воспитывай, как сказал бы отец, — хмыкнул Миша.

— Ха. У нее там хахаль. Лысый. Этот, господи… Уродец, который недавно прогремел с новой киношкой про супергероев.

— Без понятия. Я не смотрю фильмы.

— Короче, — Андрей с негодованием воззрился на брата. — О женитьбе речи нет.

— Тогда просто наладь отношения. Или, повторюсь, это придется делать мне, — Миша подошел и похлопал его по плечу, после чего двинулся на выход.

— Ты мне должен бутылку коньяка! — крикнул Андрей ему вслед, на что получил прощальное помахивание рукой. — Вот же… Медвежатина, — цыкнул зло, когда дверь закрылась.

Но побыть в одиночестве у него не вышло. Через минуту в кабинет заглянул бдительный Юся и прошелся раскосым взглядом по кабинету. Словно убедился, что ничего не перевернуто. Потом воззрился на Андрея, выцепил повреждение и поинтересовался: