Шрифт:
— Я к тебе по делу!
— Ставка десять тысяч в минуту.
— Эй.
— Бизнес есть бизнес, братишка, — хмыкнул Влад нормальным тоном, и Андрей переключил громкость с наушников на динамик ультрапланшета. — Ладно, чего хотел?
— Ты сейчас в городе?
— Ну-у-у… Допустим…
— Мне нужна твоя помощь.
В чат пришло сообщение с номера Стаса. Открыв его, Андрей чуть не застонал.
StasiK_007^^: «Из-за тебя мама меня наказала. Больше не пиши, папа-козел! Не умеешь в разведку, нечего чужих детей подбивать на дурное!»
StasiK_007^^: «Пы.сы. С тебя пять пачек мишек, или позвоню в полицию. Скажу дядечкам в форме, что меня преследует старый козел!»
Он точно шестилетка? Иногда Андрей сомневался, что возраст сына соответствовал уровню его развития.
— Так чего надо? — вернул его к разговору Влад, и он побарабанил пальцами по столу.
— Выясни-ка для меня кое-что про Глеба Боярышникова…
Глава 15. Нервный день
— Мам, ну мам.
Оксана молча перевернула шоколадный блинчик, когда сзади послышался шорох. Виноватая мордашка сына появилась сначала справа, потом слева. После чего он сунул рыжую макушку ей под руку.
— Не лезь, масло брызгает! — рыкнула она и сразу пожалела об этом.
Сколько матери способны злиться на детей?
Оксану хватило на одну ночь. После неудачного свидания она вернулась вчера домой и сразу отчитала Стаса. А он, как чуял: прибрался в комнате, прочитал «Карлсона, который живет на крыше», сам приготовился ко сну сам. Фаина Дмитриевна нахваливала его весь вечер, попутно выпытывая, как прошло свидание.
Больно нравился ей Леонид. Она считала его серьёзным и благоразумным мужчиной. Постоянно говорила, чтобы Оксана не крутила хвостом перед ним, а относилась серьезнее. Столько советов надавала, что не раз и не два получала выговор.
Уволить бы за такую наглость, но мешало ее трепетное отношение к Стасу. Важно еще то, что Фаина — единственная няня, которую он не извел. Относился к ней, почти как к бабушке. Спустя столько лет совместной работы Оксана уже тоже воспринимала ее, словно вторую мать, ведь ничего дурного она не желала. А матери, как известно, часто не в свое дело с ненужными советами.
Хотя тема Леонида раздражала. Особенно после вчерашней сцены ревности в машине.
«Если тебе на него плевать, почему не заявишь в полицию? Пусть сделают предписание! Или отдай ему сына, чтобы успокоился и прекратил тебя преследовать!»
— Мам.
После той фразы Оксана залепила Леониду пощечину и вышла из машины. Кажется, что теперь их отношения — и рабочие, и личные — закончились. Он явно не стерпит подобного обращения. А она не сделает вид, будто ничего не слышала.
Отдать Стаса… Леонид соображал, о чем говорил?
— Мам, — прозвучал плаксивый голос, — хочешь, я больше не буду общаться с папой-козлом? Никогда-никогда, честно!
Оксана очнулась и ахнула. За мыслями о Леониде и дурацком вечере она упустила момент, когда пережала с воспитанием. У Стаса началась натуральная истерика. Чувство вины захлестнуло с головой.
Что она за мать, если доводит ребенка до слез?!
— Ох, поросенок, — Оксана вздохнула и притянула его к себе. Погладила рыжий затылок, затем наклонилась и поцеловала в макушку, после чего проговорила: — Мама не запрещает тебе общаться с папой-козлом.
— Да?
Стас поднял блестящий от слез взгляд.
— Да, — твердо сказала Оксана. — Ничего страшного не произошло, если у тебя появилось желание общаться с папой.
Одному богу известно, как сложно ей дались эти слова. Хотелось, как настоящей истеричке: затопать ногами и запретить Стасу видеться с Андреем. Только в глубине души она знала, что ничего хорошего из этого не выйдет.
Годы, потраченные на ненависть, пройдут. А повзрослевший сын не поблагодарит за испорченные отношения с отцом.
— Козел обещал мне новую школу, — взмахнул ресницами Стас, и у Оксаны шевельнулся червячок подозрения.
Была ли истерика настоящей? Поди разбери теперь: нахватался сын актерских талантов от нее или правда расстроился.
— А старая чем плоха?
— Ну, ма! Крыса Степановна меня ненавидит. Мне нужна новая школа. Можно я в старую больше не пойду?
— Ее зовут Галина Степановна, — устало поправила Оксана, делая в голове пометку разузнать о ближайшей гимназии побольше. — И нет. В школу придется пойти. Еще раз или два точно.
— Но потом не надо?
— Только в новую.
— Ура!
Очень часто детское недовольство было проявлением обычных капризов. Но иногда, как со Стасом, имело под собой серьезное основание. Поэтому со школой им лучше попрощаться. Последней каплей стал случай с Андреем, показавший, что безопасность там на уровне общественной парковки.
Дроны и охрана есть, а толку нет. Любой желающий с ключ-картой наперевес мог запросто увести чужую машину.
Вот и с детьми так же. Никто не подошел и не поинтересовался у Андрея, какого черта он там делал.