Ни зайти просто так, ни выйти. Валентин представил себе, во сколько обошелся Павлу такой прием на тридцать минут. Видимо, поднял все возможные связи, в этом Копейкин тоже был уверен.

— Я не для любования тобой пришел, — процедил сквозь зубы Павел. Челюсти сжались, демонстрируя явную неприязнь Канарейкина к сидельцу этих мест не столь отдаленных.

— Позвонили? — полюбопытствовал Копейкин, затем улыбнулся, уловил во взгляде ярость. — Если ты здесь, значит, выставили условие. Дай угадаю, там вовсе не деньги? Точнее, они, но это не главное?

Паша прищурился, чуть не сплюнув на стерильный пол от отвращения. Прокурор Стас Морозов настойчиво отговаривал приятеля от этой поездки. Обещал решить вопрос, однако время шло, а другая страна не Россия. Просто договориться о залоге, потянуть часы не получалось. Все деньги мира не могли бы сейчас спасти Антона от гибели, и от этой мысли Канарейкин задыхался. Медленно умирал, теряя себя по кусочку, метался по кабинету из-за невозможности помочь собственному ребенку.

Кира смотрела с надеждой, остальные ждали решения. А его не было. Никакого. Совсем.

И когда отчаяние достигло пика, позвонили те, кто называл себя «Белым кроликом» — объединением вольных хакеров, чьи возможности распространялись за пределы разумного. Они внедрялись в правительственные системы, могли взломать любую защиту, контролировали многих политиков — но самое главное, именно эти ребята отвечали за большинство кибератак.

— Ты очень хорошо защитился, Паш. Одно не учел — беспечность собственных детей, — улыбнулся Валентин, наслаждаясь настоящим триумфом. — Тебя ведь предупреждали: не лезь, уйди с дороги. Когда вы посадили Семенкова, стоило задуматься. Кроликам все равно на кого работать, лишь бы платили и защищали. А твои действия поставили их существование под угрозу.

Паша втянул носом воздух, ноздри затрепетали от запаха лимона и хлора, которыми пропитались все углы тюрьмы. Мозг генерировал идеи и мысли с невероятной скорость. Где он ошибся? Кому доверился? Какую крысу упустил?

— Я убью тебя, — проговорил Канарейкин, и Валентин невольно вздрогнул, едва тот поднялся со стула, подходя ближе. Впервые Копейкин порадовался такой системе защиты в тюрьме. — Тебя, Семенкова и всю вашу банду. Клянусь, даже из этой дыры или любой другой вас достану.

Мурашки прошли по спине, сковывая тело в тисках. Валентин ошибся, Павел не сломался. Наоборот, обозлился сильнее.

??????????????????????????

— Уйди с выборов, выполни требования, и вас оставят в покое, — сглотнул он, а голос непроизвольно сорвался на фальцет. — У Семенкова деньги и связи, на тебя и твоего дружка Тасманова у него обид набралось много.

— Он сидит в колонии строгого режима под круглосуточным наблюдением за попытку убийства моего зятя! — рявкнул Паша, срываясь с цепи и едва не налетая на лазерную решетку. — Как?!

— Деньги творят чудеса, а длинные руки тем более, — огрызнулся Копейкин, вздрогнув в очередной раз, и крикнул: — Охрана! Прием окончен!

Из здания Павел выходил с роем мыслей в голове, в полном раздрае и без четкого плана. Взгляд упал на смарт-часы, затем боль сдавила сердце в груди и на секунду в глазах потемнело. Очнулся, лишь когда ловкая секретарша Саша подхватила его, обеспокоенно глядя в побелевшее лицо.

— Павел Александрович, вам нужно больницу, — строго проговорила помощница, кивая на бронированный «Мерседес» за воротами. — Пойдемте, я провожу вас в машину.

— Я в порядке, — хрипло отозвался Кенар, тяжело дыша и жадно глотая воздух. — Все нормально, Саш.

— И все же я позвоню в клинику и вашей жене, чтобы…

— Нет! — крикнул так, что бедная секретарь едва не подпрыгнула. Несколько охранников оглянулись, а сам Канарейкин устало прикрыл глаза.

— Никому и ничего говорить не надо. Проводи меня к машине.

Пока они медленно шли, Павел считал шаги и думал. Из всех детей выбрали именно Антона, что неудивительно. Ведь любимый средний сын всегда был нелюдимым, отстраненным. Мало друзей, зато полное отсутствие инстинкта самосохранения. Не подчищай команда программистов за Татошкой следы в интернете, давно бы избиратели устроили против него манифест.

Но залезть в прошлое и выкопать случай с маньяком? Паша до сих пор не понимал зачем, пока хорошенько не разобрался в этом деле. Гоняясь за мифическим хакером, они упустили червя, проникшего в их жизни. Медленно и верно тот обошел всю защиту, получил доступ к нужным файлам. Не ко всем, ведь у Канарекйина тоже не дураки работали. Но достаточно, чтобы посадить самого Павла на долгие годы за решетку.

— Узнал?

В голосе Тасманова послышалось любопытство. Удивление заставило Канарейкина притормозить с закрытием двери, меньше всего он ожидал увидеть лучшего друга в салоне собственной машины. Взгляд метнулся от планшета в руках Ярослава к маленькой цифровой ручке меж длинных пальцев. Не поднимая головы, Тасманов рисовал что-то на экране. Всегда так делал, когда готовился к серьезному разговору.