Рианна взлетела так высоко, что утреннее солнце коснулось ее крыльев, так что они сверкали в небе, как рубины.

Дэвид Фарланд

Орда змеевиков

Пролог

РУНЫ СОСТРАДАНИЯ

Это Дом Понимания,

Я видел эти двери раньше,

Хотя когда и где, я не знаю.

В пыльных комнатах, словно в древних гробницах,

Я изучал бесконечные знания.

За что и почему, я не знаю.

Но вскоре я узнал слишком много,

Как ребенок, потерянный на войне.

Потерянный в ужасах

Надеюсь, ты никогда не узнаешь.

— Песня Мистаррии

Во всех своих снах Фэллион никогда не видел снов с такой ясностью. Ему снилось, что он парит над Судами Прилива. Он не ездил на грааке и не носил волшебного крыла. Во сне руки Фаллиона широко раскинулись, удерживая его в воздухе, словно чайку, которая неподвижно висит в небе, кончики ее крыльев дрожат, когда под ними проносится ветер.

Ничто внизу не мешало ему видеть.

И поэтому он скользил над домами, где сладкий серый дым костров, где готовили еду, лениво парил над соломенными крышами, а Фаллион метался над дворцовой стеной, лавируя между двумя высокими белыми башнями, где стражник с пикой и черной чешуйчатой кольчугой в изумлении уставился на Фаллиона. . Фэллион мог видеть каждый седой волосок на изогнутой брови охранника и то, как медная булавка болталась на его лесно-зеленой накидке, и даже чувствовал запах созревающего пота этого человека.

Фаллион низко пролетал над мощеными городскими улицами, где рыбаки в белых туниках и коричневых шерстяных шапках тащились к своим сырым домам после тяжелого дня работы с сетями; молодые ученые, посещавшие Дом взаимопонимания, стояли на углах улиц и весело спорили, потягивая пивные кружки, а мальчик, игравший на улице с домашней крысой, уставился на Фаллиона и указал пальцем на него, его рот произнес букву О от удивления.

Король пришел! ребенок вскрикнул от удивления, и внезапно люди с благоговением подняли глаза и обрадовались, увидев Фаллиона. Король! Смотри! — кричали они, и слезы наворачивались у них на глазах.

Наверное, мне это снится, — подумал Фаллион, — потому что никогда еще я не видел мир так ясно.

В стране Мистаррии есть легендарный ручей. Его ледяные воды ниспадают со снежных полей горы Риммон, под соснами, охраняющими склоны, по покрытым мхом этажам, где лежат упавшие огромные мраморные статуи мертвых королей. Чистый поток ручья разливается в лесные заводи настолько прозрачно, что даже на глубине сорока футов видны все водоросли и сверкающие красные раки. Огромная форель, обитающая там, кажется, скользит по воздуху, просто хлопая хвостом, и все они жиреют и доживают до глубокой старости, поскольку ни один рыбак или выдра не могут надеяться приблизиться к столь прозрачной воде.

Поэтому поток называется Дневной Звездой, потому что он чист и сверкает, как утренняя звезда.

И вот насколько сверхъестественно ясным был сон Фаллиона, ясный, как воды Дневной Звезды.

Ему хотелось продолжать мечтать вечно, но есть одно обстоятельство: воздух был очень холодным. Он почувствовал, как мороз начал обледенеть его ногти, и сильно вздрогнул.

Этот мороз убьет меня, — подумал он. Оно пронзит мое сердце, как стрела.

И поэтому он изо всех сил пытался проснуться и обнаружил, что летает.

Под ним пронесся ветер, холодный и влажный, и Фаллион скрючился от острой и горькой боли.

Он почувствовал, как под его грудной клеткой застрял осколок стали, словно ледяной кинжал. Засохшая кровь залила его рубашку.

Он изо всех сил пытался проснуться, и когда его глаз приоткрылся, внизу было ярко. Тусклый серебристый свет раннего утра заполнил небо. Он видел внизу верхушки сосен, ветки которых были так близко, что если бы он протянул руку, то почти мог бы коснуться их.

Где я? Я лечу над лесом.

Вдалеке он мог различить гору — нет, решил он, странный замок, огромный, как гора. Он был построен на склонах черного вулкана, внутренние огни которого окружали конус на вершине и извергали дым и пепел.

Внизу, вдоль подножия вулкана, раскинулась грозная крепость с убийственно высокими стенами и тысячами темных дыр, которые могли быть окнами или туннелями в гору.

На стенах не было свежей извести, от которой замок сиял серебром на рассвете. Вместо этого замок был черным и зловещим. Несколько бледных существ суетились вдоль стен и на темных дорогах внизу, спеша спастись от рассвета, выглядя как армия разъяренных муравьев. Даже на расстоянии мили Фаллион мог сказать, что они не совсем люди.