В его сердце чувствовалось отчаяние. Отдача этой команды имела бы значение, согласилась Земля. Опасность уменьшилась, но не исчезла полностью. Отчаяние не понимало почему. Возможно, двух тысяч форсированных было недостаточно. Или, возможно, они не прибудут вовремя.

Он подумывал о том, чтобы заказать большую партию, но это не облегчило его разум. Нет, они нужны ему быстро — как и предупреждали тиссианцы.

Путь до Каэр Люциаре был долгим. Рыцари Вечных не смогут перелететь туда и обратно за одну ночь. Им придется приземлиться не до намеченной цели и переждать завтрашний день. Поэтому он добавил: Пусть ничто не задержит вас. Летите туда и возвращайтесь без отдыха. Лучше вам сломать себе шею в спешке, чем подвести меня.

Криссидия с тревогой взглянул вверх, туда, где тонкий вечерний свет струился над скалами по чаше конуса вулкана, но он не колебался. Он опустился на одно колено, положил руку на рукоять меча и сказал: Каждое твое желание управляет моими делами.

Затем он кивнул своему спутнику, и Вечные Рыцари прыгнули в небо.

Отчаянию хотелось, чтобы у него было побольше таких рыцарей. Его Повелители Смерти, с их способностью общаться от духа к духу через лиги, имели определенные преимущества, но они не могли получать дары.

Он мысленно отметил, что нужно отправить нескольких воинов среди орды вирмлингов и найти беременных женщин. Рыцарей Вечных можно было набрать только из мертворожденных младенцев. Обряды, необходимые для создания надлежащих условий, были долгими и трудными, и в рамках церемонии его жрецу нужно было задушить плод, пока он еще находился в утробе матери, а затем вырвать его из матери. Когда ребенок умирал, он жаждал воздуха, жаждал жизни, и если ребенок был достаточно хитрым, у Повелителей Смерти была короткая возможность научить его заклинаниям, необходимым для того, чтобы вырвать жизненную силу у окружающих.

Если он выживет первые пять минут после выхода из утробы, его обучение начнется всерьез. Лишь один из тысяч пережил эти первые пять минут.

Однако даже усердие Рыцарей Вечных не уменьшило надвигающуюся опасность.

Отчаяние на мгновение постоял на конусе вулкана и посмотрел вверх, долго глядя на звезды, прежде чем отправиться в крепость.

Еще многое предстоит сделать, — подумал он. Есть миры, которые нужно завоевать.

Находясь пленником собственного тела, Арет Сул Урстон был свидетелем злых замыслов сердца Отчаяния. В отчаянии смотрел на звезды и не мог восхититься их красотой. Вместо этого они были лишь напоминанием о его неудаче. Он хотел только схватить их, связать и править миром, совершенным, если бы не один недостаток — он сам.

Арет обдумывал, что делать. Говорили, что человек может противостоять змею. Делай добро, гласила легенда, и они побегут от тебя. Делай зло, и они свяжут тебя и сделают своей.

Арет уже задавался вопросом, хватит ли у него еще воли сопротивляться Лорду Отчаянию.

Со своей стороны, Отчаяние услышало движение Арета внутри своего черепа и усмехнулось. Замышляйте как хотите, ваша душа принадлежит мне. Вы отдали ее мне бесплатно, чтобы спасти свой народ. И я сдержу свое слово: ваш народ будет жить под моим правлением.

13

ДУЭЛЬ

Каждое существо должно бороться за то, что ему нужно. Не тратьте сочувствие на побежденных. Слабые получают то, что заслуживают.

— Из Катехизиса змейцев

Эмир Туул Ра из Далхарристана, я вызываю тебя на дуэль! — произнес Тэлон. Я сражаюсь за честь и за право получить пожертвования, чтобы сразиться с ордой змей и спасти моего брата.

Лицо эмира все еще было повернуто в сторону. Он пошевелил губами и сплюнул кровь и слюну на землю. Затем он посмотрел на Тэлона и волчьей улыбкой.

Эмир знал, чего она добивалась. Братья Кормар, Тун и Эррант, могли легко собирать пожертвования. Их мастерство было легендарным, и те, кто был способен пожертвовать своей силой или грацией, с радостью сделали бы подарок таким достойным воинам. Но Тэлон была никем, девушкой, и среди воинских кланов ни одна женщина не бросала вызов мужчине, если только она не стремилась лишь унизить его.

Вы в том возрасте, когда можете вообще бросить такой вызов? — спросил эмир.

Он изучал поведение Талона. Она была красивой девушкой и сильной. Он восхищался ее духом.

Но он не мог позволить ей выставить его дураком, даже если надеялся получить дары, необходимые для освобождения Арет Сул Урстоун.

Его вопрос, казалось, застал Тэлон врасплох.

В вашем мире, — сказала она, — мне восемнадцать лет. Но в другом мне было семнадцать. Дело не в том, что я родилась в разное время, а в том, что годы в этом мире короче, чем в другом.