Мужчины остановились. Все они знали ее имя, даже если не знали ее лично. Некоторые шептали: Это Миррима!

Я могу ручаться за этого человека, — сказала она. Действительно, я сражался рядом с ним на службе Королю Земли. Любому, кто попытается помешать ему, придется иметь дело со мной и моим мужем!

Горожане отступили на шаг. Репутации сэра Боренсона было более чем достаточно, чтобы их запугать.

При этом она повернулась к лодке, и Аат Ульбер решил отказаться от пива и отправиться в безопасное место.

Аат Ульбер шел следом за Мирримой. Никто из горожан не пытался его остановить.

Ха, — подумал Аат Ульбер, — ни у кого из них не хватает духа сражаться.

Внезапно из темноты дороги послышался хныкающий крик. Женщина кричала: Убийство! Гнуснейшее убийство!

Грета Уокин шаталась от изнеможения, обогнув коттедж с соломенной крышей. Она постояла какое-то время на дороге, тяжело дыша. Пот стекал по ее лицу, окрашивая подмышки и воротник блузки. Она явно пробежала несколько миль. Собака залаяла и выбежала ей навстречу.

Когда она увидела Аата Ульбера, она замерла как вкопанная. Ее глаза расширились, и она указала пальцем. Убийца!

Внезапно жители деревни были в панике. Шум и крик поднялись. Древний закон требовал, чтобы все мужчины в городе прекратили свои действия и задержали подозреваемого.

Сам шериф вытащил свой длинный нож.

Аат Ульбер отступил назад; жажда крови грозила захватить его.

Жители деревни окружили его, пара размахивала факелами, как будто он был волком, которого они пытались держать на расстоянии.

Аат Ульбер почувствовал, как колотится его сердце, услышал грохот крови в ушах. Крики мужчин, казалось, доносились издалека, как будто они находились в туннеле.

В любой момент на него обрушится ярость берсерка, если только он не сделает что-нибудь, чтобы предотвратить ее.

В его ушах прозвучало предупреждение Короля Земли: Ты должен найти себя… .

Аат Ульбер сделал выпад и слегка взмахнул кулаком, ударив шерифа по лбу. Удар эхом отразился от каменных стен близлежащих коттеджей, и шериф отшатнулся назад, из его сломанного носа текла кровь. Он постоял мгновение, ошеломленный, глядя на кровь на своих руках.

Когда его нос начал опухать, он начал хрипеть. Шериф еще этого не знал, но он выбыл из боя.

Несколько человек уже выхватили кинжалы и окружили Аата Ульбера. Один мужчина ворвался вслепую, тыча вилами. Аат Ульбер просто отклонился, затем, когда его противник приблизился, Аат Ульбер схватил его за воротник и отправил в полет. Другой воспользовался отверстием в спине Аата Ульбера и бросился вперед, низко замахнувшись ножом, пытаясь задеть артерию на ноге. Аат Ульбер просто отшвырнул мужчину назад.

Аат Ульбер собирался схватить ближайшего мужчину, но Миррима крикнула: Хватит!

Она направилась к горожанам. Я Воин Воды!
– крикнула она. Проклятие всем, кто посмеет помешать нам! Ваши посевы засохнут, и ваш скот будет голодать. Твоя мужественность увянет, и каждый ребенок, укрывшийся под твоей крышей, зачахнет оспой!

К проклятию волшебника нельзя было относиться легкомысленно. Возможно, только орда грабителей могла бы заставить людей задуматься.

Они посмотрели друг на друга, и кто-то пробормотал: Я здесь закончил. Затем они начали пятиться, растворяясь в темноте.

Грета упала на землю сразу за кругом людей и лежала, рыдая, под поднятыми крыльями огромного белого граака. Убийство! — кричала она, умоляя о справедливости.

К удивлению Аата Ульбера, Рейн шагнул вперед и обратился к горожанам. Я видела, что произошло, — сказала она. Человек, который умер, был моим отцом, но он умер не с честью. Он думал о резне и о грабеже. Это не было убийством, как хорошо знает моя мать. Я очень любил своего отца, и когда-то он был хорошим человеком, но убийство Аата Ульбера здесь не послужит справедливости. Если бы мой отец добился своего, сейчас было бы мертво четыре человека, а не один.

Жители города оглядывались взад и вперед, словно решая, каким курсом следовать. Наконец шериф бросил свой клинок. Оно того не стоит, — сказал он, плюя на землю и поливая землю водой, чтобы отвести таким образом проклятие Мирримы.

Остальные мужчины отступили на шаг, каждый по очереди сплевывал, в то время как Грета лежала и кричала: Убийство! Убийство!

Несколько мужчин все еще лежали на земле, тяжело дыша и окровавленные.

Все горожане с ненавистью посмотрели на Аата Ульбера.