— Эти умные маленькие интриганы, — пробормотал Аат Ульбер. Я думал, что они утомятся, пытаясь поймать нас, но они придумали план получше.

Готовьтесь к посадке! Звонил мэр Тренгелль. Опустите паруса!

Дождь увидел его ярдах в двухстах, на дальней стороне обломков; в одной руке у него был факел. Он стоял на краю лодки и нервно оглядывался, пытаясь понять, как пробраться через обломки.

Аат Ульбер усмехнулся над затруднительным положением этого человека. У мэра и его людей не было надлежащего оружия, и перебраться через затор казалось практически невозможным.

Аат Ульбер поднялся со своего места, подошел к носу и вытащил свой старый боевой молот из ножен на спине. Оставьте их мне, — сказал он, призывая Рейна и остальных отступить на шаг, чтобы у него было место для размахивания оружием.

Рейн услышала, как Миррима начала молиться себе под нос, взывая к Воде. Ею руководила нужда и сострадание.

Она обратилась к Силе, которой служила, прошептав: Если ты действительно хочешь, чтобы я пошла на войну, тогда я умоляю тебя, открой нам путь.

Мир наполнил Рейн, как океан, и внезапно Миррима встала, как будто уже решила, что делать.

Она подошла к носу лодки и подняла руки, призывая воду себе на службу. Дракен стоял у нее за спиной, высоко держа фонарь, а Аат Ульбер стоял справа от нее.

Приди буря, приди прилив!
– крикнула она.

Рядом с лодкой вода начала кружиться, как будто в земле открылась огромная дыра и слила океан. Обломки кружились в вихре. Он начал кружиться все быстрее и быстрее, и звук ревущей воды наполнил уши Дождя, как будто горная река гремела сквозь скалы.

Ого!
– крикнул Дракен; Сейдж воскликнул: Мама?

Было очевидно, что ни один ребенок никогда раньше не видел, чтобы Миррима демонстрировала такую силу.

Корабль скрипел и раскачивался, начали нарастать волны, поднимая обломки так, что они разбухали и раскачивались.

Затем внезапно из вихря хлынула вода, извиваясь и поднимаясь в воздух.

Миррима протянула руку и схватила столб воды, взяв его в руку, так что шлейф воды извивался на высоте дюжины футов в воздухе, вырываясь из ее ладони, как будто это был посох.

Она направила свой водянистый посох на затор перед кораблем и крикнула: Приходи прилив!

Внезапно воздух наполнился стремительным потоком, и вода вокруг нее потекла в сторону моря. Вода от звука подпрыгнула и потекла по бревнам и папоротникам, как будто река внезапно разлилась.

Мэр Тренгелль видел, что делает Миррима; его глаза расширились. Бегать!
– крикнул он своим людям. У них есть водный волшебник!

В заторе обломки тянулись к открытому морю, раздавались странные стоны и грохоты. Огромное давление стремительного прилива внезапно разорвало веревки, удерживавшие плотину на месте.

Корабль накренился вперед, бревна и обломки грохотали по его корпусу, когда он начал вырываться наружу.

Огромный плот обломков помчался в сторону моря, и теперь горожане на своих плавсредствах начали кричать и изо всех сил стараться оттолкнуться от бревен, которые с грохотом приближались к ним.

Миррима стояла, все еще вращая в руке водянистый посох. Она бросила кружащийся посох обратно в нарастающую волну. На мгновение он затанцевал на поверхности, как водяной смерч, и вода у его основания начала кружиться все быстрее и быстрее.

Поднимите мертвых! Миррима позвала волны. Водоворот бурлил и пенился, превратившись в смерч, поднимающийся в воздух; из пены выросло тело, мертвец, большой и бледный, с глазами, уже вырванными рыбой. Поднявшись, вода издала стонущий звук, как будто мертвые заявили о своей боли.

Затем в водосточный смерч хлынула молодая девушка, и в одно мгновение десятки других трупов подпрыгнули в воздух, словно желая вырваться из своей водной могилы, и все они закружились в шлейфе, поднявшись на пятьдесят футов в воздух, как будто стоны в воде продолжали нарастать.

Еще недавно здесь была деревня, процветающая деревня. Здесь были аккуратные улицы и необычные магазины. Один житель города зарабатывал на жизнь изготовлением витражей, и в каждом магазине и доме на улице было окно для рекламы его товаров. Рейн завидовал людям, которые жили здесь.

Их трупы поднялись, лица синие из глубины, отвратительные и устрашающие, кружились, поднимаясь вверх по водосточным трубам, а затем полетели в воздух, как жирные дельфины.

Мэр и его люди застонали от бессловесного ужаса и попытались спастись, торопливо отплывая, в то время как вокруг их лодки ужасным градом начали плескаться ужасные трупы.