Не оборачиваясь, все еще глядя ему в глаза, она тихо сказала: — Это правда, Дивер Блайт?

Блайт отошел от бара и, заикаясь, пробормотал: — В каком-то смысле. Мы высадили их на северном берегу около часа назад.

В толпе послышались вздохи и тихие крики. Сталкер старался не дать Шадоату увидеть кипящую в нем ярость. Смокер свирепо посмотрел на Блайта.

Ты мертвец, Блайт, — сказал себе Сталкер.

Блайт широко улыбнулся Сталкеру, допил пиво и поспешил за дверь. Смокер хотел было последовать за ним, но один из членов экипажа схватил его за руки и удержал.

— Идите и приведите мальчиков, — приказала Шадоат уродливым существам, стоявшим у нее за спиной.

Пара развернулась и направилась к двери, опираясь на костяшки пальцев.

Послышался металлический звон, водоворот мантий. Миррима вонзила кинжал в шею одного из бесов.

Лезвие должно было пройти между верхними позвонками монстра и его черепом, но сталь не могла сравниться с этой уродливой серой кожей. Лезвие сломалось, и существо повалилось вперед, рухнув на пол, опрокидывая табуретки.

Прежде чем Сталкер успел подняться на ноги, Шадоат уже встал из-за стола.

То, что произошло дальше, было размытым пятном. Миррима повернулась к Шадоату, чтобы сразиться, и послышалось шипение, когда туман влился под дверь и прорвался сквозь щели в окне. Вся гостиница внезапно наполнилась таким густым туманом, что Сталкер едва мог видеть от одной стены до другой.

Но Шадоат был еще быстрее и слишком опытен для Мирримы. Она стала размытой. Она подпрыгнула в воздух, ударила Мирриму ногой по лицу, перевернулась и легко приземлилась на ноги. Где-то в это время, возможно, раздался удар по ногам с разворота. Миррима со стоном откинулась назад, ее плоть шлепнулась на пол.

Другой бес поймал Мирриму и крепко удержал ее.

Кровь текла свободно с лица Мирримы, текла из носа, из разбитой губы, из царапины над глазом. Сталкер задался вопросом, что остановило драку, а затем в ужасе уставился на него, увидев, что Шадоат схватила малышку Эрин со стойки.

Миррима еле боролась, маленький чертенок схватил ее, кряхтя от восторга, прижавшись лицом к ее лицу.

Младенец вскрикнул от ужаса, когда Шадоат держал его за ноги, приставив к горлу кинжал.

Шадоат прошептала: У тебя есть выбор: ты можешь умереть, пока твои дети будут смотреть, или я убью твоих детей, пока ты будешь смотреть, начиная с этого малыша

В конце бара Смокер выдохнул дым, а в его глазах пылал огонь. Он был готов пойти на поджог.

Нет! — крикнул Сталкер, отбрасывая стол в сторону. Но он не осмелился напасть. Шадоат, с ее способностями, не могла быть побеждена такими, как он.

И он знал, что она выпотрошит ребенка быстрее, чем другой мужчина выпотрошит кролика.

— Они под моей защитой, — крикнул Сталкер. Безопасный проход. Это то, за что я плачу. Безопасный проход для меня и моих. Эти люди — груз, купленный и оплаченный.

Шадоат на мгновение улыбнулась. Сталкер знал, что она думает убить их всех. Никто из них не мог ничего сделать, чтобы остановить ее.

Все, что он мог сделать, это обратиться к тем остаткам человечности, которые еще оставались в ней.

Наконец она бросила младенца Мирриме.

Это вы можете получить, — сказала Шадоат, — но не принцев. Принцы мои.

Миррима поймала девочку и попыталась поставить ее в вертикальное положение. Маленькая Сейдж кричала, пытаясь добраться до матери, но один из членов экипажа схватил ребенка, чтобы обезопасить ее. Дракен и Коготь горько плакали, но им хватило здравого смысла держаться на расстоянии.

Один маленький чертёнок выскочил за дверь, стремясь выполнить приказ своего хозяина.

За пределами гостиницы послышалось странное рычание, рев, подобный грому, и глаза Мирримы расширились от ужаса.

Шадоат взглянула на Мирриму и прошептала: — Расслабься. Теперь я уверен, что мальчики захотят попасть в плен.

Шадоат тайно улыбнулась ей и вышла из гостиницы. Как будто солнечный свет ушел вместе с ней, слава ушла, и комната стала выглядеть тусклой и тусклой. Без нее комната была пещерой, полной паутины и теней. Капитана Сталкера почти удивило, когда Смокер пошевелился и подошел к двери, чтобы посмотреть, как она уходит. По сравнению с Шадоатом они все были мертвецами.