Рейн шла рядом с ним, но вопроса не слышала. Она все еще не вышла из оцепенения. Оказывается, Корд явился из того мира, где насилие и предательство – скорее нонсенс, чем чудовищная неожиданность.

Это мир ее отца.

Это мир, который она ненавидела.

Это мир, в который она поклялась никогда не возвращаться.

– Рейн! – встревоженно окликнул ее Корд.

Она глубоко вздохнула и стала рассказывать о предстоящем троеборье. И о том, что ее больше всего беспокоит. Ее привычная жизнь, наверное, так же понятна ему, как инопланетянину.

– Сегодня я только пытаюсь получить представление о местности. Она нисколько не похожа на Виргинию, – добавила она сухо, глядя на сожженные солнцем холмы.

Корд быстро взглянул на нее и обронил:

– У тебя нет южного акцента.

– Мой отец работает на правительство. Я слишком часто переезжала с места на место, чтобы успеть приобрести вообще какой-то акцент.

Кроме того, в привилегированных учебных заведениях акцент не поощрялся, но об этом Рейн умолчала. Меньше всего ей хотелось упоминать о богатстве, потому что это отдалило бы от нее мужчину, который заставлял ее сердце бешено биться.

– Что ты хочешь увидеть, найти? – настаивал он. – Может быть, я смогу тебе помочь.

Она поколебалась, потом пожала плечами.

– Я знаю, чего можно ждать от дистанции, после того как двадцать лошадей передо мной пробегут через виргинские холмы, но сухая земля – совершенно другое дело. – Она нахмурилась. – Наверное, Деву будет труднее финишировать, чем обычно. Здесь есть места посложнее, чем он привык.

– Обрати внимание на ручьи. Вокруг них полно глины. Она скользкая, как грех.

Рейн посмотрела на Корда.

– Ты действительно не наездник?

– Не профессиональный, и с тех пор, как мне исполнилось восемнадцать, я не ездил.

– Ты слишком большой, чтобы быть жокеем, – оценивающим взглядом пройдясь по его высокой фигуре, заметила Рейн. Шесть футов с хвостиком. – У тебя сильные плечи и ноги, крепкие руки и отличная координация движений. Ты охотник?

Его губы скривились в беззвучном смехе.

– Правда, не такой, как ты думаешь. Я, конечно, ел то, что удавалось подстрелить, да и верхом ездил. На родео.

Заинтригованная, Рейн ждала рассказа о его прошлом.

Поскольку он молчал, она спросила:

– Почему же ты бросил?

– Вьетнам, – быстро ответил он.

– А после того? – осведомилась она, не в силах обуздать любопытство по отношению к мужчине, который шел рядом с ней и держал за руку, словно на свидании.

– Другая война.

Рейн помолчала минутку и переспросила:

– А потом?

– Для меня не было никакого «потом».

Рейн поняла: незачем приставать с расспросами. Совершенно ясно, что жизнь Корда – это тайна за семью печатями.

Как и жизнь ее отца.

– Так ты до сих пор в армии или служишь морским пехотинцем? Или еще где-то? – допытывалась она.

Он остановился и повернулся к ней лицом. Глазами-щелками он оглядел ее всю, от каштановых волос до пыльных туристских ботинок.

Рейн ответила ему взглядом, в котором было и понимание, и вызов, и тоска, – она вспомнила о своем детстве и о том, как страдала в разлуке с отцом.

– Забавно, – произнес он сардонически, – ты напоминаешь мне кошку. Только у тебя нет ни пушистых ушей, ни длинного хвоста, ни усов. Но любопытства тебе не занимать.

– А ты любишь задавать вопросы, а не отвечать на них. – Ее голос звучал бесстрастно, а глаза были так же сощурены, как у него.

– Да-да, настоящая кошка. И любопытство при тебе, и коготки. – Несколько секунд он смотрел на овальное лицо, на коричневатые глаза, в которых вспыхивали золотые и зеленые искорки, на красиво очерченный рот, способный очень быстро из улыбающегося становиться серьезным. – Что ты на самом деле хочешь знать, Рейн Смит?

– Я… – Голос Рейн растаял в тишине.

Вопрос Корда поставил ее в тупик.

Она видела мужчин, похожих на Корда Эллиота. Они осторожно пробирались по залам посольства, наблюдая за толпой, внимающей какому-нибудь государственному деятелю. Их работой было охранять дипломатов, иностранных сановников и граждан, чьи имена, титулы и истинные обязанности содержатся в досье, доступных только нескольким должностным лицам. Подлинная жизнь этих мужчин является государственной тайной.

Эти мужчины похожи на ее отца.