— Откуда мне знать, что оружие приобрели не вы?

— Да вы хоть представляете, сколько стоит такая штука?! И что полагается за владение ею?

— Приблизительно. Ладно, допустим, вы не врёте. Где Путилов купил салю? У кого?

— Откуда мне знать?!

— Уверены, что не знаете?

— Клянусь!

Я усмехнулся.

— Ваше слово стоит недорого.

Горихвостов покраснел.

— Так что вы будете делать… Ваше Сиятельство?

— С вами ничего. Забудьте об этом разговоре.

— О, конечно! — обрадовался мой собеседник. — Никто о нём не узнает, кля… В общем, я молчок! И… спасибо! Я вам очень, очень благодарен, и если…

— Прощайте, господин Горихвостов.

Выпроводив его из дома, я отнёс артефакт в подвал, где спрятал в тайной комнате. Ни Путилов, ни его секундант, конечно, не донесут, что у меня хранится Проклятое оружие, ведь это их самих под удар поставит, но лучше не рисковать.

Пришлось ждать, пока мой незадачливый соперник придёт в себя, его переведут в палату и разрешат посещения. Наконец, я решил, что пора побеседовать и с ним.

Купив по дороге цветы, приехал в больницу. Меня впустили, но охранник вошёл в палату со мной.

Путилин лежал, подключённый к аппаратуре. Покосился на меня. На его бледном, осунувшемся лице отобразилось удивление. Похоже, Горихвостов о нашем разговоре ему ничего не сказал.

— Ты?! — просипел Путилин.

— Пришёл проведать. Есть ваза для цветов?

— Какого чёрта тебе нужно?!

— Есть разговор. По поводу клинка.

— А что с ним? — после паузы спросил Путилин.

— Полагаю, вам захочется его вернуть.

— Ну… да, конечно. Не хочу, чтобы ты на него любовался.

— Понимаю. Обсудим наедине?

Путилин смотрел на меня, пытаясь сообразить, знаю ли я правду. Наконец, решил не рисковать.

— Выйди! — велел он охраннику.

Как только тот скрылся за дверью, я сел на стул для посетителей, положил букет на тумбу и опёрся локтями о колени.

— Рассусоливать мне некогда, господин Путилин. Вы нарушили правила дуэли, воспользовавшись собственным клинком. Вдобавок, приобрели Проклятое оружие. Да-да, не пытайтесь отрицать. Я и так зол.

Путилин сглотнул.

— Чего ты хочешь?! Донести на меня?

— Искушение велико, но я с ним борюсь.

— Ясно! Сколько?

— Ты про деньги? Они мне не нужны.

— Да неужели?! А я вот слышал обратное.

— Советую сбавить тон. От ответственности за то, что ты сделал, даже парочка не отмажет.

— Будь ты проклят! Ладно, говори, что тебе нужно.

— Я хочу знать, у кого ты купил клинок.

Путилин уставился на меня в недоумении.

— Что, и всё?

— Всё. Скажи, и я забуду о том, что ты сделал.

— Хм… Тоже хочешь обзавестись артефактами?

— Возможно. Это тебя не касается.

— Так-то оно так. Вот только люди, которые ими торгуют, не любят, когда к ним заваливаются незнакомцы.

— Я не незнакомец. Я тот, кого ты порекомендуешь.

Путилин слабо усмехнулся.

— Рискованно. Я ведь не знаю, что ты задумал. А если собрался сдать торговца Охранке?

— Зачем мне это? Я не жандарм.

Мой собеседник задумался.

— Ладно, — сказал он, наконец. — Похоже, выбора у меня особо всё равно нет. Дай телефон. Он в тумбочке.

Примерно через час я припарковался на противоположной стороне многоквартирного дома в Приморском районе, перешёл дорогу и остановился перед железной дверью. Набрал номер нужной квартиры.

— Да? — раздался женский голос.

— Владимир Оболонский.

— Входите.

Замок пискнул и открылся.

Я поднялся на пятый этаж. Там стоял одетый в рубашку и жилетку амбал с выбритой головой.

— Один? — спросил он, глядя мне за спину.

— Как договаривались.

— Пошли.

Он провёл меня в богато убранную гостиную. Хозяйка квартиры явно не была стеснена в средствах. Видимо, торговля артефактами шла хорошо.

Сама она стояла возле комода, одетая шёлковый халат и тапочки с помпонами. Гладила кошку. В другом конце комнаты на журнальном столике виднелась накрытая платком клетка.

— Тамара, — представилась женщина, улыбнувшись. — Садитесь, Ваше Сиятельство.

— Благодарю, — я опустился на диван.

Хозяйка квартиры подошла и села в кресло справа от меня. Положила ногу на ногу, так что тапочка осталась на кончиках пальцев.