Избиение орды продолжается, третий сгусток втыкается в небольшой пригорок, возвышающийся посередине строя, и сносит всю правую часть правой колонны. Вот теперь степняки передумали так переть на мины, остановились на месте, помогают раненым и больше не торопятся в мою сторону. Ну, у них там раненых и перебитых гораздо больше, чем живых, тех всего несколько десятков суетится в окулярах бинокля. Не столько все же воинов в этой колонне, как в том отряде, наверно только двести пятьдесят степняков маршировали ко мне, не пять сотен точно.

Теперь пришло время заняться колонной с левой стороны, через пару минут они доберутся до солидного камня-валуна, оставленного в этих землях когда-то спускавшимся здесь с гор ледником.

Эти воины того, что случилось с их соплеменниками не видят из-за сильного перегиба местности, поэтому смело едут на верную смерть. Или еще надеются на то, что у проклятого колдуна закончатся наконец-то все его темные силы.

Тут мне хватит одного попадания, чтобы разбить в хлам левую колонну, но и расстояние до глыбы метров триста, если не триста пятьдесят. Поэтому я сам подхожу поближе к врагам метров на пятьдесят и пускаю первый сгусток. Он пролетает мимо камня и врезается в землю метрах в двухсот от него.

— Черт! — я опять тороплюсь и второй выстрел взрывает почву за спинами степняков.

Какой-то ущерб наносит, но минимальный.

Уже десять процентов заряда Палантира потратил впустую! Это совсем нехорошо! В нынешней-то крайне сложной политической обстановке!

Но, наконец-то третий выстрел оказывается точным, сгусток впитывается в трехметровую глыбу и через пару секунд рядом не остается никого в живых. Как раз за время пристрелки колонна добралась до самого камня, а теперь полегла вокруг него в страшной тишине.

Насколько я вижу, поражение левой колонны тотальное, даже добавлять больше не требуется, остались только какие-то жалкие остатки позади строя.

— Фу! — опять вытираю я пот со лба и проверяю Палантир.

В нем осталось примерно всего тридцать процентов маны, и хорошо бы дать ему пару часов передышки, чтобы он вытянул из собратьев еще хотя бы двадцать процентов заряда. Ну и они тоже опустились до семидесяти-семидесяти пять по заряду, тогда я смогу всеми пользоваться по очереди без проблем.

После этой бойни я даю шанс степнякам подумать, осознать, ужаснуться и выслать гонцов.

Сам снова изучаю подходы к реке на всякий случай. Мне спуститься в темноте с ночным зрением не проблема, если снять в шатре пару арканов и связать их для подстраховки. Много корней торчит из обрыва, ласточкиных или еще каких гнезд, есть за что цепляться, а длинная веревка вообще очень упростит спуск.

Но мне реально необходима лошадь. Чтобы уехать, как солидный Маг и Вождь, а не сбежать трусливо.

Тем более возить и переправлять все мое добро тоже придется через реку, одна лошадь мне никак не поможет остаться сухим. Хотя около этого берега я вижу с обоих сторон от обрыва несколько лодок, наверно, что захваченных и приведенных уже с той стороны. Придется одной из них воспользоваться обязательно.

А вот никаких гвардейцев и Охотников в бинокль на том берегу я не наблюдаю, как и живых существ не чувствую.

Это значит, что удирать Гвардии пришлось быстро, даже лодки порубить не успели и я еще вижу несколько раздетых тел, валяющихся на берегу. Это не степняки, а молодые воины города, раздетые до исподнего белья.

Похоже, что совсем впритык уплывали военные, еще попали под обстрел от внезапно прискакавших степняков и полегли бесполезно. Возможно, что это оказались раненые, хотя совсем не факт, что именно они.

Сожаление о том, что я не вылечил всех до конца мимолетно посетило меня, но мне тоже нельзя выкладываться полностью, нельзя оставлять пустыми все Палантиры, а там дело шло именно к этому результату.

— Значит, свою сторону реки Гвардия уже уступила полностью орде, а теперь станет отсиживаться в городе за крепкими стенами. Что довольно разумно при таком неравенстве сил. Хотя горе-полководцы могут вывести под барабанный бой ее остатки вместе с ополчением, чтобы сразу в одной битве получить сокрушительный разгром.

— Ладно, вон там и там я могу съехать на лошади и добраться до лодки под защитой купола. Но лучше бы поучаствовать в переговорах и договориться с Беями на взаимовыгодных условиях. Чтобы уехать с почестями, как солидный партнер, а не какой-то халявщик. Хе-хе, мои степные партнеры что-то пока заставляют себя ждать.

— Потому что договариваться все равно придется, и договариваться именно им со мной. Иначе я могу на полном серьезе перебить всю армию степи. Они, конечно, снова довольно быстро вернут прежнюю численность, только лучше все-таки придумать степнякам другую цель, — прикидываю я, выглядывая из-за шатра. — Да, теперь когда степь будет собирать оброк продуктами с крестьян Астрии, рождаемость там не понизится. Поэтому нужно найти им великую цель, на которую уйдут долгие годы и целые поколения степняков.