— В том-то все и дело. Встретимся завтра и посмотрим, что еще можно предпринять.

Они расстались. Девил направился к Онории, Джайлз еще некоторое время бродил по комнате, пока не оказался рядом с Франческой. Он встал рядом, исполненный гордости и невысказанных чувств, когда перед ними появился Чарлз, прибывший позже остальных.

— Сегодня здесь один я, — сообщил он. — Френни не стоит показываться в таком большом собрании, но я не мог пропустить столь знаменательное событие!

— Как хорошо, что вы пришли! — воскликнула Франческа. — Эстер здорова?

— Да… она сидит с Френни.

— А Френни?

Глаза Чарлза затуманились.

— Она… трудно сказать. Ее поведение непредсказуемо… сумасбродно. — Он выдавил улыбку. — Но, в общем, все не так уж плохо.

Какая-то дама подошла к Франческе, и она была вынуждена отвлечься.

Чарлз подвинулся ближе к Джайлзу:

— Из ряда вон выходящее событие. Вы должны быть довольны.

— Еще бы! Франческа буквально чудеса творит.

— Я всегда знал, что она способна и не на такое.

— Вы с самого начала были уверены в ней и ее талантах. За это и за ваши мудрые советы я вечно буду вам благодарен.

— Видите ли, я считаю, что правильный выбор может определить всю дальнейшую жизнь человека.

Джайлз был уверен, что расслышал многозначительный смешок судьбы.

Чарлз снова обратился к нему:

— Надеюсь, вы простите меня за то, что я не могу задержаться допоздна. Послезавтра мы возвращаемся в Гэмпшир, так что завтра у нас хлопотливый день.

Джайлз с трудом скрыл вздох облегчения и протянул ему руку:

— Желаю вам троим доброго пути, на случай если не успеем увидеться перед отъездом. Но пока вы здесь, воспользуйтесь возможностью встретиться с родными.

— Обязательно, — пообещал Чарлз, прежде чем отойти.

Джайлз проводил его взглядом. Ему нравился Чарлз, но какое счастье сознавать, что Френни скоро покинет Лондон и снова окажется в сельской глуши, подальше от него. Теперь он понимал желание Чарлза жить уединенно, вдали от светской суеты, от любопытных глаз, перешептываний, указующих перстов.

Общество не питает симпатии к таким, как Френни. Джайлз понимал позицию Чарлза и уважал его за это.

Он взглянул на Франческу. Любовь и преданность — неотъемлемые качества таких, как она, и он не может просить ее отречься от родных. Как объяснить его неловкость в присутствии Френни, особенно если учесть, что Франческа считает кузину всего лишь ребячливой, немного отставшей в развитии, потрясенной гибелью матери.

Он мог бы поклясться, что странности Френни — следствие некоей душевной болезни, и все же она так беспомощна, так несчастна. Разве способен он говорить про нее, что-то плохое?

Всю последнюю неделю Франческа была очень занята приготовлениями к вечеру, поэтому он мог не волноваться, что она захочет навестить Френни. Учитывая характер Франчески, не было и речи о том, чтобы запретить ей видеться с кузиной. Убеждать ее — значит, зря тратить слова. Но если Френни скоро уедет, незачем трудиться уговаривать жену только затем, чтобы успокоить ее совершенно несправедливо потревоженную совесть.

Он вспомнил Франческу, ее горящие глаза, ее жадный взгляд и от всей души, хоть и про себя, поблагодарил Чарлза за своевременное решение.

Франческа обернулась к нему. Он улыбнулся, когда она представила юную барышню, дебют которой ожидался в следующем сезоне.

Для Франчески вечер прошел идеально: ни одной неприятной мелочи, все происходило точно так, как было задумано, а количество приехавших превзошло самые смелые ожидания.

— В жизни не думала, что их окажется так много.

Уставшая, но невыразимо счастливая, она прижалась к Джайлзу. Дом постепенно затихал. Последние гости разъехались, и теперь супруги поднимались в свои покои.

— В жизни не думал, что их вообще так много, — усмехнулся Джайлз, обнимая ее за талию. — Ты сотворила чудо.

Франческа рассмеялась и покачала головой.

— Нет. Просто дала возможность свершиться чуду. Они пришли, они поняли, что такое родственные узы, значит, они и есть чудо. Ты и не представляешь, какие строились планы семейных торжеств, балов следующего сезона! Не поверишь, две семьи обнаружили, что их дочери должны представляться его величеству в будущем году. И родились в один день, так что готовится шумный праздник.

— Могу себе представить, — сухо обронил Джайлз.

Франческа остановилась и встревоженно уставилась на него:

— Но ведь это хорошо, правда? Хорошо, что семья снова вместе и что каждый не живет своей, обособленной, жизнью!

Джайлз нежно провел пальцем по ее щеке и согласно кивнул:

— Хорошо. — Он не думал насколько это важно, пока она не заставила его увидеть. — А теперь избавься от Милли, чтобы мы могли отпраздновать твой успех, как ты того заслуживаешь.

— Неужели? — выдохнула она, сверкнув глазами. Сейчас она казалась ему олицетворенным соблазном. — Как вам угодно, милорд.