А так я если засну, то продрыхну оба оборота! Уснула драконом - проснулась драконом. Не, надо сдержаться. Занять себя чем-то.

Иду в озеро и булькаю там какое-то время.

Костер делаю побольше, поосновательней. Чтобы хватило до утра.

Площадку утаптываю. Уже просто так, от нечего делать.

Интересно, сколько времени прошло?

Блин, а спать еще сильней хочется…

Мешок беру и аккуратно когтем поддеваю, чтобы все содержимое вывалилось.

Ой. Одеялко лоскутное славное какое! Вот же будет в него здорово заворачиваться! Еще и плащ для меня теплый тоже есть… и пара рубашек… и вкусно пахнущая еда.

Настоящий «драхенфуттер».

Даже не помню, откуда это слово приходит - наверняка из одной из тех книжек, что я надиктовывала. Что-то из разряда дара разгневанному дракону, только не в прямом смысле, а в фигуральном. То есть разгневанной и обиженной жене.

Вот кстати смешно.

Как в сказках - так все про драконов как про мальчиков думают! А в обычной жизни «мой дракон» чаще всего про женщину звучит…

– Дрра-ген-фью-терр, - бормочу и сама же хрюкаю от смеха.

Прикольно звучит на драконий манер.

– Дрра-ген-фью-терр мой дрра-ген-фью-терр… - напеваю и тут же умолкаю, потому что колдун ворочаться начинает и снова бормотать что-то.

Счастливчик. Может спать, ворочаться и бормотать, а я тут страдай в ожидании полуночи.

Бесит!

Может разбудить? Пусть страдает вместе со мной.

Ладно, я добрая сегодня.

Шлепаюсь пузиком на золото возле костра и накидываю сверху одеялко. Полночь близится, уверена. Сейчас девицей стану и повеселюсь…

У нас уже так было.

Правда немного в другом месте и в другом настроении.

Но я снова незаметно для себя засыпаю. И просыпаюсь человеком под одеялком… И снова не совсем в одиночестве.

Только на этот раз меня не душат.

Нет. Определенно. Удушением это называть не стоит.

40

"Драконам не нужна победа. Это слишком эфемерная мера.

Дракон если дерется, то либо за свою жизнь, либо за чужую.

И неважно – забрать ее или сохранить. "

(Светлана Жданова)

Сонный мозг пытается чего-то там проанализировать, сонные эмоции вяло возмущаются, а вот сонное тело, оказывается, вполне себе изогнулось и радуется этим… Поглаживаниям?

Не поняла.

Как так?

Ладно, что я девицей проснулась и даже одеяло с меня не слетело. Но откуда здесь взялся колдун, а? Очень наглый колдун… Обнимающий меня со спины колдун…

О том, что это не колдун, а неизвестно кто, даже не думается.

На все про все осознания у меня уходит несколько секунд, и вот я уже возмущенно шиплю:

– Армази! Ты чего это делаешь?!

Лапища, которая только что… не душила мою правую грудь на мгновение сжимается, как от неожиданности. А потом я слышу хриплую ругань и спине становится холодно. А груди - одиноко…

Тьфу.

Я не могу так думать!

Быстро заворачиваюсь в одеяло и сажусь. Сердито смотрю на колдуна.

А колдун со слипающимися глазами - то на меня. То на свои руки. То на окружающее пространство. Уже ведь рассвет близко, видно все неплохо…

Внутри у меня как-то много всего и сразу. И сожаление, что проспала почти всю человеческую часть. И радость - что не до конца проспала. И что тело, оно прям женское и налитое… Но голова гудит, как бывает, когда не выспишься. И колдуна огреть чем-то тяжелым хочется.

И еще…

Хм. Просто хочется.

Вот я, определенно, не готова быть простой. Не потому, что я «не такая». Или переживаю за общественное осуждение.

Нет. Мне важно движения чувств, не только тел. Тем более во сне!

Тем более, не понять как вот это тело напротив меня во сне так двигалось, что чуть не залезло!

– Я видимо по привычке к дракону перебрался… - сонно бормочет мужчина и смачно зевает.

– И превращения не заметил?
– язвлю.

– Ну ты же не заметила, - замечает вполне логично.
– А то, что обнимать тебя начал… так это инстинктивное.

Логично, но… Хрюн!

Встаю резко и делаю несколько шагов к вкусняшкам. Хватаю крендель, колбасу эту, которая на нашу похожа примерно как дракон на машину - кишка, туго набитая кусочками готового мяса. Второй рукой придерживаю одеяло и сердито откусываю завиток уже твердой сдобы, мясной деликатес…

М-мм.

Как же вкусно!

Надо хоть разжевать по-человечески… во всех смыслах.

– Может отвар сделать?
– осторожно спрашивает колдун.

Отвар, блин! А извиниться за приставания? Хотя пусть лучше не извиняется. На такие извинения ведь тоже можно обидеться.