Уровень премиальности прямо-таки зашкаливает.

И это я еще внутрь не вошла, где, не сомневаюсь, увижу не только просторные помещения с огромными хрустальными люстрами под высокими потолками и множество зеркал, расширяющих пространство, но и позолоту в многочисленных украшениях, а также массивную мебель.

Со стороны небольшой парковки раздаются голоса. Трое мужчин и пара женщин приближаются, о чем-то весело переговариваясь. Одного взгляда на их дизайнерские вещи хватает, чтобы понять, это тоже участники сегодняшнего вечера. Не из нашей конторы и не Арского, там я многих знаю в лицо. Значит, «Нева-стройтрест». Третья организация, что дошла до финала из десяти, подавших первоначальные заявки, и сегодня наравне с нашей фирмой и «Балтстройинвест» будет ждать оглашения результатов выбора заказчика.

– Вера-Вера, как всегда очаровательна, обворожительна и умопомрачительна, – веселый голос раздается из-за плеча, отвлекая от переглядываний с незнакомцами.

Обернувшись, встречаюсь глазами с Михайловым. Он приближается широким шагом, всем видом демонстрируя безмерную радость.

– Приветствую тебя, красотка.

Михайлов – один из троих во всем «Слайтон-строй», кто общается со мной на «ты». Помимо него так делает только мой жених и Валентина, его секретарь, а заодно моя приятельница-подруга. Остальные строго следуют не столько правилам делового этикета, сколько элементарным правилам вежливости, обращаясь исключительно по имени-отчеству.

– Привет, Дим. Рада видеть, – улыбаюсь мужчине, нисколько не лукавя.

Есть у него способность без мыла влезать в любое место и налаживать контакты, при этом грамотно выполнять свою работу и часто помогать другим или прикрывать их косяки. А мне он симпатичен за то, что говорит все, что думает, не стараясь казаться лучше. Но и границ, вконец наглея, не переходит.

– А ты почему один? Где твой шеф и остальная братия? – имею ввиду главного инженера и его службу.

– Думаю, уже внутри, – кивает на здание, которым я недавно впечатлялась. – Они же настолько пунктуальные, что приезжают почти на час раньше необходимого.

– Отстаешь от коллектива, значит? У вас же как Тимур и его команда – один за всех и все за одного, – подкалываю беззлобно.

Знаю: быть как все – для Михайлова скучно.

– А я не настолько богат лишним временем, как, похоже, и ты, – подмигивает, совершенно не обижаясь. – Ладно, пойдем внутрь, начало через десять минут, нужно успеть влиться в толпу и занять лучшие места. Не против моей компании?

По-джентльменски подставляет локоть.

– Очень даже за, – без сомнений принимаю помощь. – Ненавижу заходить в незнакомые места одна. Так что, будь уверен, я у тебя на хвосте, пока не сориентируюсь. А там уж извиняй, вполне вероятно слиняю.

– Орлова-Орлова. Как всегда, прямолинейна, – фыркает Михайлов, ехидно закатывая глаза. – У тебя папа, случайно, не железнодорожник?

– Нет, военный. К чему вопрос? – вскидываю бровь.

– Да так. Хотел схохмить про прямую, как рельса, дочку железнодорожника, но, раз военный, пожалуй, не буду рисковать.

– Вот и правильно, – киваю с серьезным видом. – Риск, Дима, дело, конечно, благородное. Однако… последствия могут больно приложить по одному месту. Ну чего замер, мы же, вроде бы, опаздывали.

Тяну Михайлова вперед, в то время, как он замирает будто вкопанный и удивленно пялится на меня во все глаза.

– Нет уж, Вера, погоди. Ты мне что, угрожаешь?

И смотрит как на восьмое чудо света.

– Да с чего ты взял, – отмахиваюсь, беря его на буксир, – просто, как и ты, шучу. Разве не похоже?

– Знаешь, Орлова, не очень, – фыркает приятель. – Шуточки у тебя… армейские и совершенно никак не ассоциируются с внешностью ангелочка.

– Ой да ладно! – хмыкаю в ответ. – Ты тоже, знаешь ли, на трусишку зайку серого не катишь. Хватит сердечный приступ разыгрывать, на нас и так сливки общества пялятся.

Вместе переводим взгляд на стоящих в центре холла трех снобов, взирающих на остальных с царским пренебрежением и нотками брезгливости во взгляде, прыскаем, не сдержавшись, и скоренько улепётываем в сторону распахнутых трехметровых дверей.

Вот мы были, а вот нас уже нет. Продолжая милую пикировку, приветствуем хостес на входе и попадаем в банкетный зал.

Что сказать? Уровень даже выше, чем я рассчитывала.

Это не новогодний корпоратив в дорогом ресторане среди своих коллег. Это самая настоящая светская тусовка. Закрытая вечеринка в огромном помещении в четыреста квадратных метров с отглаженными и начищенными до блеска официантами, диджейским пультом, зонами для танцев, дегустации вин, анимацией, и с кучей народа самой высшей пробы. И вся эта живая масса перемещается с бокалами шампанского и галдит, галдит, галдит…

– Дима, как хорошо, что я тебя встретила. Одна бы точно потерялась, – выдаю Михайлову на ухо, забывая хохмить.

Я не первый раз выхожу в свет, если можно так выразиться. За пять лет случалось посещать различные мероприятия. По работе и не только. Но сегодня – это что-то грандиозное.

У меня глаза разбегаются от очень сдержанных нарядов некоторых дам, проплывающих мимо, и их дизайнерских украшений, тоже очень сдержанных, правда, имеющих непременно космическую стоимость. Да и кавалеры у этих леди под стать: выправка, поворот головы, пресыщенность во взгляде, пошитая на заказ одежда, неброские, но явно баснословно дорогие аксессуары.