Шенборн издал короткий, нервный смешок. Он откинулся на спинку стула. И воззрился на Джо с нескрываемым замешательством.

– Нам конец, полагаю, – констатировал «король».

– Почему? – Джования с присущим ей хладнокровием быстро взяла себя в руки и возвратилась к завтраку как ни в чём не бывало.

– Что значит, почему? – Ричард кивком указал на письмо на краю стола. – Как можно обмануть мать?

– Не волнуйся, граф, – невозмутимо ответила королева. – Я всё возьму на себя. Мы справимся. Не думай пока об этом. Лучше поговори после нашей уютной семейной трапезы с Альбертом. Займитесь расследованием и делом этой… шлюхи. А я позабочусь об остальном, – Джо кивнула на пирог. – Ешь. Остывает.

– Господь Избавитель, – невольно пробормотал Ричард.

Он отлично помнил королеву-мать. И не забыл, как сильно она его недолюбливала в прошлом. Поначалу из-за сплетен при дворе, а потом из-за влияния Шенборна на Вильгельма. Если бы Ричарда спросили, какой предмет напоминает ему королева Джования, то он бы без колебаний сравнил её с тонким парадным кинжалом у своего горла. В то время как Матильду Хальбург он отчётливо видел топором палача. Что бы там ни говорила Джо, но этот внезапный визит не сулил ничего хорошего.

«Вильгельм» встретился с герцогом Зоммерштерном за закрытыми дверями королевского кабинета, в котором для него всё и началось. Только на сей раз снаружи царил солнечный день. Все окна в королевский сад были открыты, чтобы впустить внутрь достаточно свежего воздуха. Было слышно, как внизу то и дело кричат павлины. И как весело смеются играющие дети. Кажется, в числе прочих Ричард разобрал голос принцессы Гертруды. Ему хотелось выйти и проведать девочек, но сначала нужно было обсудить дела с Альбертом с глазу на глаз.

Шенборн занял место за письменным столом покойного монарха. Его новоиспечённый гоффмейстер же устроился в кресле напротив. С собой он принёс целую папку заметок, писем и карт.

Ричард начал с рассказа о приходе королевской любовницы. И это весьма озадачило герцога Зоммерштерна.

– Лизбет – фрейлина принцессы Маргариты уже много лет, – хмурясь, припомнил он. – Но я не замечал, чтобы Вильгельм оказывал ей явные знаки внимания. Более того, слуги не сообщили мне о ней. Вероятно, потому что запретил сам король. Или ещё потому, что Эдмон Пфаллен давно дружит с нашим оберкамергером, герцогом Болдером. И если бы слуги донесли своему непосредственному руководителю, Болдер наверняка бы поделился этой информацией с Пфалленом. Думаю, Вильгельм это понимал. Поэтому и запретил передавать свой секрет под страхом смерти.

Ричард задумчиво пригладил бороду.

– Пфаллен мог из ревности или мести встать во главе мятежа? – спросил он, но герцог отрицательно покачал головой. – Мне кажется, мотив у него есть. Забрать власть из рук слабого правителя, который к тому же развлекался с его женой. Какие вообще у него были отношения с Лизбет? Она младше его лет на тридцать.

– Если не ошибаюсь, на тридцать два, – произнёс Альберт. – Она его третья жена. Первая умерла при родах. Вторая прожила довольно долго и родила ему пятерых детей, но скончалась от заболевания сердца три года назад в их дворце, в Труоли. А позапрошлой зимой Пфаллен попросил руки Лизбет. Не помню, чтобы она сильно противилась этому браку. Только вот в Труоль уезжать не пожелала. Сказала, хочет остаться при муже и принцессе Маргарите в столице. И Пфаллен не стал возражать.

Шенборн сокрушённо вздохнул.

– Можем как-то отправить её в Труоль, чтобы не вызвать подозрений? – осведомился он, вспоминая данное Джо обещание отослать прочь любовницу покойного мужа.

– Думаю, что-то можно придумать, но я бы не стал спешить, – герцог подался вперёд. – Если она замешана в покушении, то обязательно как-то себя проявит.

– Надеюсь, что это «как-то» не скажется на королеве и принцессах, – выразил вслух свои опасения Ричард.

– Я за этим прослежу. Приставлю к ней пару верных мне горничных, чтобы доносили о каждом её шаге, – заверил его Альберт, а потом понизил голос: – Кстати о слугах. Мне сообщили, что вы с королевой провели вместе ночь, а после вместе завтракали.

– Это так, – отрицать было бессмысленно, хоть и говорить на столь щекотливую тему с братом Джо оказалось ужасно неловко.

Впрочем, герцог эту неловкость едва ли разделял. Он спросил прямо и совершенно серьёзно:

– И как всё прошло?

Ричард возвёл очи к потолку.

– Полагаю, королева решила, что я ужасный любовник, – нехотя признался он.

– Почему? – Альберт выглядел озадаченным. – У вас… не получилось?

– Нет. Я просто уснул.

– Вы что сделали? – герцог попытался сохранить невозмутимое выражение лица, но всё равно засмеялся. – Простите. Ради Избавителя, простите, милорд. Не в процессе, надеюсь?

– К счастью, нет, – Ричард и сам усмехнулся нелепости ситуации. – День выдался тяжёлый. А королева слишком долго готовилась ко сну. Вот я и не дождался её. Надеюсь, она не приняла сей конфуз на свой счёт.

– Полагаю, она лишь порадовалась отсрочке, – улыбка Альберта сделалась ободряющей. – Не переживайте. Успеете в другой раз.

– Именно. Но не будем пока трогать эту щекотливую тему, – граф кивнул на принесённые Альбертом бумаги. – Расскажите лучше, что удалось узнать.

Герцог Зоммерштерн потянулся к папке на столе и принялся расстёгивать гербовые ремешки. Он извлёк несколько бумаг и разложил их перед Ричардом.