Аристократы раскланялись и потянулись к выходу.

Пфаллен – с видимым облегчением, что этот длинный день, наконец, закончен.

Фердинанд Хальбург – с толикой разочарования, что король отказался от срочных и решительных мер.

Последним вышел Альберт Зоммерштерн. Он наверняка собирался к сестре, чтобы обсудить с ней услышанное.

Но сам Шенборн к королеве не торопился. Полагал, что сначала даст ей время поговорить с братом, а чуть позже пошлёт за ней. Пусть сама придёт на сей раз. Не умрёт, в конце концов.

Ещё около получаса Ричард самостоятельно изучал полученные отчёты в тишине. Затем он позвал писаря, чтобы сделать заметки, которые взял в свои покои. Шенборн попросту не хотел лишний раз оставлять образцы своего почерка, чтобы не рисковать.

Уже ближе к десяти вечера он послал за королевой.

К его удивлению, Джования явилась в спальню мужа довольно быстро в сопровождении стражников и одной фрейлины. Но когда они с «королём» остались наедине, Ричард завёл с ней разговор о том, какие мысли его посетили. Джо слушала очень внимательно. Хмурилась. Переспрашивала без иронии или попыток поставить графа на место.

Они сидели у зажжённого камина в глубоких креслах друг напротив друга. Шенборн снова облачился в бархатный халат короля. Джо пришла в синем платье-сюрко, которое надела поверх белоснежной сорочки со свободными рукавами, а на плечи накинула вчерашнюю лимонную шаль. И всё же она оставалась королевой даже в таком виде, с распущенными по плечам золотыми волосами и без единого украшения на ней. А ещё снова пленительно пахла сладостями.

Разговор затянулся до часу ночи. К удивлению Ричарда, Джования во многом согласилась с его предложениями, посчитав их вполне рациональными. И сказала, что на следующий день они снова всё обсудят уже с Альбертом и придут к окончательным решениям. Но после Джо сказалась утомлённой и ушла к себе. О необходимости заводить наследников королева не вспомнила.

На следующий день семейство Хальбургов в полном составе выдвинулось на часовую прогулку в сад. И пока гувернантки развлекали младших принцесс играми в тени раскидистого дуба, король, королева и принцесса Маргарита неспешно бродили по аллее неподалёку. За ними, отстав по приказу короля на два десятка шагов, парами следовала дюжина стражников.

Яркое солнце проникало сквозь зелёные кроны. Оно плясало весёлыми отсветами на молочно-белом платье принцессы и красиво оттеняло складки брусничного шёлка в наряде королевы. Любой бы посчитал за счастье прогуляться со столь утончёнными красавицами. Но эта честь досталась лишь королю.

Монарх гулял без короны и мантии, поскольку день выдался жаркий. Однако, не признать в нём правителя было просто невозможно: надетый поверх белоснежной сорочки колет был винно-красного цвета – родового оттенка Хальбургов, а на его груди имелась вышивка. Золотой герб правящего рода. Изображение, обрамлённое каплевидным щитом, состояло их трёх ярусов: на нижнем – лежащий меч; на среднем – огнедышащий дракон; на верхнем – корона. Этот герб имели право носить на одежде все представители рода и его ближайшие вассалы, но лишь правящая ветвь Хальбургов использовала его на винно-красном поле.

Тропинка аллеи оказалась довольно широкой, но Джо всё равно чинно держалась за согнутую в локте руку «мужа». По другую сторону от него шла Маргарита, которая едва соприкасалась с ним рукавами. Эта тесная компания свидетельствовала о том, что Хальбурги вели некую приватную беседу, которую более ни с кем разделить не пожелали.

На деле они обсуждали грядущий визит королевы-матери.

– Устроим в её честь приём, Матильда это любит, – тихо говорила Джо. – Я попрошу её помочь мне с приготовлениями. И постараюсь всячески отвлекать. Займу внучками и придворными развлечениями. Приглашу портного и ювелира.

– И разошлём приглашения на приём, – поддержала её Маргарита. – Матушка обожает обсуждать списки гостей.

– Избавитель, дай мне сил. Тогда уж и поминальный венок мне закажите, дамы, – пробормотал Ричард, поднимая взор туда, где сквозь кучерявые кроны проглядывало ясное небо. – Королевский приём! Неужели вы думаете, что все дворяне настолько тупы, что никто не догадается?

– Пусть это тебя не пугает, – Джо крепче сжала его локоть, а сама сладко улыбнулась. Аллея дала крюк и они снова шли в сторону игравших детей. – Я всех напою от души. Так, что наши благородные аристократы родную мать не узнают. Тебе нужно будет продержаться совсем немного.

– Хорошо, допустим, – Шенборн кивнул. – Но это на приёме. А как быть в другие дни? Планируете держать королеву-мать в состоянии глубокого опьянения всё время её пребывания здесь?

Маргарита тихо засмеялась, прикрывая уста ладонью.

Но Джо лишь бросила в его сторону колючий взгляд.

– Нет, конечно, – едва слышно проговорила она. – Что за вздор? Мы сыграем на двух вещах: охоте и похмелье.

– Моя королева? – Ричард вопросительно наклонил голову.

– Ты поедешь на охоту с Альбертом, – добавила Джо.