Я спешу к Тео и дергаю его за руку.

— Ты можешь проводить меня домой?

— Эй, мам, мне пора. — Как только он вешает трубку, он улыбается мне. — Конечно.

Я стараюсь, чтобы моя улыбка не стала слишком широкой.

— Спасибо.

Я забыла куртку, поэтому крепко прижимаю руки к груди и стискиваю челюсти, чтобы зубы не стучали, когда мы проходим под уличными фонарями и мимо светящихся синих ящиков экстренного вызова.

— Вот. — Тео сбрасывает свою толстовку и набрасывает ее мне на плечи. Меня мгновенно окутывает его мужской, цитрусовый аромат.

Я дарю ему благодарную улыбку. Он самый добрый человек, которого я когда-либо встречала.

— Спасибо.

В это время ночи в кампусе царит пугающая тишина. Точно так же, как в ту ночь, когда мы с Ноэль поздно возвращались из библиотеки, когда она практически сделала за меня школьное задание, в то время как я спрятала голову в руках и плакала, острая боль от смерти Хантера все еще давила мне на грудь. По дороге домой я попросила ее остановиться рядом со мной, чтобы я могла осмотреть машину с погнутым крылом.

Крыло с вмятиной в форме человека.

— Нам нужно возвращаться домой, Кэсси, — позвала Ноэль. Но я должна была знать. Я должна была знать, на этой ли машине кто – то убил моего брата .

После похорон я поставила перед собой задачу найти того, кто сбил Хантера и оставил его истекать кровью и умирать . Позволить им почувствовать половину той боли , которую испытывал он . Половину ужаса в его последние минуты . Я фантазировала обо всех способах заставить их страдать за то , что они сделали с ним .

Я, должно быть, останавливалась десять, пятнадцать, двадцать раз, чтобы осмотреть машины с вмятинами на крыльях. Не имело значения, были ли мы скрыты в темноте или выставлены на всеобщее обозрение средь бела дня . Ноэль настаивала , что нас нельзя было застать кружащими и осматривающими машины незнакомцев . Что кто – нибудь вызовет на нас полицию или достанет биту , чтобы прогнать нас самих . Но я не могла остановиться . Не могла отпустить это .

Я должна была знать. Я должна была добиться справедливости для моего брата.

Итак, я записала номер машины, сердце бешено колотилось от уверенности, что я нашла ключ к разгадке. Что я нашла тот ключ , который разгадает тайну того , кто убил моего брата .

Затем позвонили Ноэль.

— Привет, папа.

Даже когда между нами было несколько футов, я услышала, как он спросил:

— Ноэль, Кэсси с тобой?

Я напряглась. Я не могла вынести еще больше плохих новостей.

— Да, она здесь. Все в порядке?

— Водитель, который сбил Хантера... — Ее отец вздохнул. — Он сегодня сдался полиции. Он арестован.

Мое сердце подскочило к горлу. Что, если это был владелец машины, которую я только что нашла? Я бы начала с того , что взломала их машину и проколола шины .

— Подожди. — Голос Ноэль повысился на октаву. — Что?

Он глубоко вздохнул.

— Это был Майкл.

Майкл. Их личный механик. Их специалист по техническому обслуживанию. Уборщик бассейна. Садовник. Правая рука мистера ван Бюрена.

Мой желудок сжался.

— О боже мой. — Ноэль прижала руку к груди, ее полные ужаса глаза сверкнули на меня.

— Помнишь, как он отвез "Бентли" в мастерскую? Сказал, что эту штуку нужно поднять, чтобы починить? Очевидно, они закончили работу пораньше, и он взял ее для небольшой увеселительной прогулки . — Я практически слышала , как мистер ван Бюрен качает головой , и меня обдало кислотой . Точно так же , как это было , когда я услышала новости о Хантере . Как будто он снова умирал .