— Ты думаешь, она ушла, чтобы сбежать от своих родителей? — Спрашивает Пайпер. Эддисон пожимает плечами, бросая на всех нас многозначительный взгляд. Глаза Пайпер расширяются. — Ты думаешь, что ее родители что-то с ней сделали?

—Что?

Я не осознаю, что дрыгала ногой, пока рука Тео не опускается на мое бедро.

Я замираю, но он не отстраняется.

Его ладонь шершавая, с мозолями от занятий тяжелой атлетикой в спортзале. Я бросаю взгляд на его лицо. Он совершенно непринужденный, смотрит в свою тарелку. Эддисон и Пайпер этого не замечают.

Рука Тео на моем бедре. Прямо под столом. На публике. На глазах у наших друзей.

Во мне бурлит адреналин. Срань господня. Хихиканье зарождается в моей груди, как у влюбленной школьницы, но я запихиваю в рот кусочек пирога, чтобы проглотить его.

Я влюблена в Тео с восьмого класса. Он никогда не замечал меня тогда, но он дружил с Ноэль, и у меня в голове возникла глупая идея, что он может каким-то образом наконец заметить меня и пригласить на выпускной бал первого курса.

За неделю до танцев студенты кричали друзьям и направлялись к автобусам после последнего звонка. На парковке образовался полукруг. В центре была Ноэль. И Тео.

Ноэль улыбалась Тео, который опустился на одно колено и держал табличку с надписью Ты пойдешь со мной на выпускной?

Мой желудок сжался. Весь воздух был высосан из моих легких.

Нет. Они знали друг друга с детства, и Ноэль сказала, что они никогда не были ничем большим, чем друзьями. Она бы не захотела идти с ним.

Но затем она кивнула.

— Конечно!

Он встал, и они обнялись, в то время как все вокруг приветствовали их криками и хлопками.

Кроме меня.

Я побежала на автобус и оставила сообщения Ноэль без ответа. Это была не ее вина — она не знала о моей влюбленности в Тео. Я хранила секрет в своей груди, слишком боясь, что если я произнесу эти слова вслух, они вернутся к Тео, и он больше не захочет быть моим другом. Но часть меня надеялась, что мы с Ноэль были достаточно близки, чтобы она знала без того, чтобы мне пришлось ей говорить.

На следующий день после обеда она потащила меня в туалет.

— Что с тобой сегодня?

— Ничего. — Я попыталась направиться к двери, но Ноэль оттащила меня назад.

— Кэсси, я тебя знаю. Что-то случилось. Скажи мне.

Я ненавидела глупые слезы, которые затуманивали мое зрение.

— Тео пригласил тебя на выпускной. — Она ждала, что я продолжу, не понимая. — Я... я хотела, чтобы он спросил меня.

— Тогда я скажу ему, что передумала, — просто сказала она.

— Что? Нет. — Я покачала головой, пытаясь сморгнуть слезы. — Я не хочу, чтобы ты ранила его чувства.

— Но это ранит твои чувства, если я пойду с ним. — Она подошла ближе, схватив меня за руку. — Ты моя лучшая подруга, Кэсси. Я не хочу причинять тебе боль.

Я шмыгнула носом и взяла себя в руки.

— Все действительно хорошо. Я обещаю. Тео выбрал тебя. Я не хочу быть вторым выбором или что-то в этом роде.

— Ты уверена? — спросила она.

Я кивнула, и когда она сказала мне, что Тео попросил ее стать его девушкой после бала выпускников, я сказала, что это тоже нормально.

Тео выбрал Ноэль. Не меня.

Но теперь он прикасается ко мне. Может быть, он больше не выбирает Ноэль.

Когда его большой палец лениво скользит взад-вперед по моей коже, между ног разливается тепло.

Боже, если он может так воздействовать на меня одной своей рукой, представьте, что он может сделать своим...

— Нам нужно попасть в дом ее родителей, — говорит Эддисон, выводя меня из транса. — Кто знает, что они скрывают.

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

Бо

В результате поисков Ноэль ван Бюрен наконец-то был найден ее телефон. Это заняло у них чертовски много времени. Предположительно, копы сейчас прочесывают это место в поисках каких-либо зацепок о ее местонахождении.

Они ни хрена не найдут в этом телефоне. Во всяком случае, ничего, что указывало бы на меня. Надеюсь, они уже нацелились на ее дерьмовых родителей. Кто позволяет своей пьяной, рыдающей дочери спотыкаться на тротуаре посреди ночи в одиночестве? Разве они не знают, что любой подонок может быть там, наблюдая и выжидая удобного случая?