– Один тип ударил меня коленкой по шлему, тот впечатался мне в лицо. Чтобы скрыть синяк перед матерью, пришлось разбить подбородок на ее глазах о порог. – Девушка поморщилась.

Лицо почти не болело, но его нижняя часть приобрела сине–зеленый оттенок.

– Вот, крыса! – воскликнула пожилая проститутка. – Надеюсь, ты его прирезала после этого! Как он посмел испортить такое милое личико?! Шрам же теперь останется!

Медея об этом и не задумывалась. Ее такие вещи не беспокоили. Всего лишь небольшой след от умышленного падения, инициированного, чтобы скрыть следы драки, красовался с правой стороны подбородка.

Попрощавшись с Клариссой, продолжающей сыпать ругательства на незнакомого мужчину, Медея поплелась по делам. Времени обдумать задание от Грязного было достаточно, но ничего дельного в голову так и не пришло.

Идя по заброшенной шахте, девушка не ожидала вновь увидеть два черных силуэта.

– Ты выжила, какое разочарование, – раздалось шипение с маски мужчины, чьи карманы обчистила Медея неделю назад. – Как прошла ваша встреча со здоровяком? Или ты сбежала в ужасе от одного его вида?

Лицо Медеи скривилось, на секунду она даже подумала опять забрать содержимое карманов говорившего, но решила, что это будет слишком. Второе ограбление может пройти не так спокойно, как первое, а ей нужны все силы на разборки с оставившим огромный синяк на подбородке.

– Нормально, – раздался механический голос со шлема Медеи. – Ищу, как подступиться к этому типу. У меня три месяца, спешить некуда.

– Осталось два месяца и три недели, – уточнил приспешник Грязного.

Мужчина дал короткую инструкцию возможных мест поиска и удалился. Медея провожала его, удивленно округляя красные глаза. «Вот так значит. У тебя сжатые сроки, но ищи его по всей пустыне сама», – ворчал внутренний голос, пока лифт со скрежетом поднимал единственного пассажира на поверхность.

***

Нога Медеи ступила на горячий рассыпчатый песок, знаменующий границу Внешнего города и природы. Пару часов назад она навестила Ронду, вручив ей новую деталь для большого генератора кислорода. Палец ткнул в черный экран, тот мгновенно отреагировал показавшимися цифрами. «Что за бредовая инструкция? Как местонахождение здоровяка может быть связано с температурой воздуха?» – летели в голове девушки вопросы.

Краем глаза она заметила приближающееся движение. Пистолет инстинктивно оказался в руке. Бегущий незнакомец резко остановился. Медея хмыкнула. Тонкий костюм того было легко прострелить, даже слабым оружием. Пару взмахов дулом хватило, чтобы он стушевался и попятился.

Со спины донеслось механическое:

– Ну ты и болван! Даже с девкой разделаться не можешь.

«Ну вот опять! Как они определяют мой пол?!» – пока Медея мысленно возмущалась, мужчина возобновил движение.

За что получил немедленную пулю в ногу. С его маски посыпались ругательства. В это время девушка уклонялась от летящего ножа. Тот почти задел правую руку, сжимающую пистолет.

Оборачиваясь, она увидела двоих. Один сидел на плоской крыше дома, прицеливаясь, а второй, бросивший нож, мчался к ней. Откатываясь вбок, Медея уже знала, в кого выстрелит следующим.

Тот, что был рядом, пытался вступить в ближний бой. Поэтому ему досталось в живот. Пуля звонко отскочила от защиты, спрятанной под тонким костюмом. Мужчина замедлился от боли. Следующая попала в его колено.

В ушах Медеи зазвенело. Пуля проскользила по шлему у левого виска, оставляя за собой едва заметный след. Девушка направила дуло на стрелявшего. Тот вновь выстрелил, не спускаясь с крыши каменного здания.

Медея знала, что вторая пуля, попавшая в нее, принесет ощутимую боль, но если соперник окажется достаточно глупым, чтобы дважды выстрелить в шлем, то она выживет.

Поэтому нажала на спусковой крючок не уклоняясь. Обе пули достигли цели. Медея завалилась на спину от встреченной головой убойной силы. До слуха донесся сдавленный крик, со здания шумно упал стрелявший.

«Подмышка. Идеальное место», – думала она, лежа. Полюбовавшись немного облаками, Медея встала. Отдыху мешали стоны боли от подстреленных людей. Дела не ждали. Обыскивая корчащихся, подбитых неизвестных, она сделала вывод, что это обычные грабители.

Мало того, что у двоих из них костюмы дешевые и тонкие, так еще и пустые карманы не порадовали Медею, потратившую пули. Зато третий, лежащий у здания без движения, сжимал в руке пистолет.

Медея присела рядом с тем, в кого прилетела ее первая пуля. Ткнув дулом в нераненую ногу, она спросила:

– Как понял, что я женщина?

Незнакомец между стонами послал ей ругательство. Девушка взвела курок и повторила вопрос. Поняв, что ему грозит, мужчина, пересиливая физические страдания, прерывисто выдал:

– Походка, жопой виляешь.

Медея нахмурилась. После смерти отца и жизни в трущобах влиться в общество первого круга было необходимостью. Невольно Медея переняла манеры и поведение окружающих. Главным источником насмотренности стала мать. Грациозная женственная походка была самой узнаваемой частью Силии.