— Если до него дойдет, — хмыкнул блондин.

— Совершенно верно, месье Ланзовски, — кивнула ему хозяйка кабинета. — Господа, разрешите вам представить: Казимир Ланзовски — адвокат, защищающий интересы Сача Бинэ. А это старший прокурор Анри Дошик и следователь прокуратуры Жозе Жиле, представляющие, соответственно, по нашему делу сторону обвинения.

— Приятно, — кивнул блондин оппонентам и тут же ринулся в наступление: — Значит так, господа и дама, я требую немедленного освобождения моего подзащитного из-под ареста, в связи с отсутствием в его деле, по сути, состава преступления.

— Да побойся бога, Казимир?! — всплеснул руками в ответ Анри. — У следователя, вон, папка полная доказательств вины Сача Бинэ!

— Любопытно было б ознакомиться, — хищно осклабился адвокат.

— Вообще-то, до передачи дела в суд, этого… — заворчал было пухляш, но тут же был остановлен требовательным окриком судьи:

— Месье Жиле, не превращайте наше заседание в балаган! Показывайте, что там у вас.

Покосившись на соседа и получив поощрительный кивок от прокурора, пухляш распахнул папку и продемонстрировал внушительную стопку копий свидетельских показаний, вперемешку с фотографиями.

— Вот распечатка протокола допроса Кати Регнуа, — сдвинув папку подчиненного поближе к себе, Анри подхватил с самого верха пухлую пачку распечатанных на принтере листов с внушительным приложением жутких фотографий изрезанного в ванной трупа. — На основании которого Сачи Бинэ было предъявлено обвинение в организации зверского убийства своего дяди — Франца Бинэ. Пожалуйста, ознакомьтесь, — он протянул по экземпляру распечатки с фотками судье и адвокату. И пока те стали листать, бегло просматривая текст, продолжил: — Как видите, у Бинэ младшего имелся весомый мотив для убийства — ревность. И, учитывая…

— Но это все лишь со слов Кати Регнуа, — перебил его адвокат, прервав чтение уже на второй странице. — Которая, как следует из этой же распечатки, до недавнего времени являлась гражданской женой Сачи Бинэ. Кроме того, она гораздо больше моего подзащитного была заинтересована в смерти своего любовника Франсуа Бинэ. Который, к слову, после смерти, насколько мне известно, оставил все свое многомиллионное состояние их с Кати сыну, то бишь фактически — до совершеннолетия ребенка — передал движимое и недвижимое имущество в распоряжение самой Кати Регнуа. Получается, мадам Регнуа давала показания против гражданского мужа с очевидной выгодой для себя. И мотив, подкрепленный такими шаткими показаниями, вряд ли окажется всерьез воспринятым судом.

— Ну это уж не вам решать, господин адвокат! — возмутился Анри и, повернувшись за поддержкой к старой приятельнице, подобострастно проворковал: — Что скажите, мадам Болиж?

— Извини, Анри, но Казимир прав — это пустышка, а не доказательство столь серьезного обвинения, как организация убийства, — вынесла свой вердикт судья, честно долистав всю распечатку до конца.

— Жозе?.. — обернулся за поддержкой к следователю прокурор.

— Кати бросила его сразу после убийства Франсуа Бинэ, — залепетал, нервно облизывая губы, пухляш. — Тем самым косвенно подтверждая…

— Что ты идиот! — шикнул на не оправдавшего ожиданий коллегу Анри.

— Месье Дошик, держите себя в руках, — отчитала тут же прокурора судья.

— Кроме того, насколько мне известно, — меж тем вновь перехватил инициативу адвокат, — ни малейших следов убийц на месте загадочной гибели Франсуа Бинэ полицией обнаружено не было. Что ставит под сомнение сам факт совершенного убийства.

— Как это под сомнение? Дружище, вы глаза-то разуйте! — возмутился Анри. — Вон же, на фотографиях, у него все тело изрезано! По-вашему, это он сам что ли себя так ножиком разрисовал?

— Я адвокат, а не полицейский. И работаю с документами, а не с трупами, — спокойно возразил Казимир. Он, в свою очередь, вытащил из поставленного на соседний стул портфеля внушительную стопку бумаг. Разделив ее на три части, две копии раздал следователю и прокурору, и одну положил перед собой.

— Это копии полицейских протоколов с места трагедии, — пояснил адвокат. — Подтверждающие мое утверждение: об отсутствие каких-либо следов убийц на месте преступления.

— Откуда это у вас? — пробормотал изумленно прокурор, листая пачку документации.

— Я не выдаю своих источников информации, — пожал плечами Казимир.

— М-да! Выходит, Сача Бинэ у вас, господа обвинители, организатор убийства, совершенного без убийц? — насмешливо фыркнула на прокурора со следователем судья.

— Да и вот еще один важный момент, — снова заговорил Казимир. — В момент смети Франца Бинэ и, соответственно, якобы его убийства, Сача Бинэ уже был арестован и пребывал в КПЗ.

— Это не имеет значения. Его не обвиняют непосредственно в совершении убийства. А организовать убийство он мог и заранее, еще до ареста, — заспорил следователь.