— Меня отправили в ссылку и… я не это имел в виду! Ватикан должен остаться свободным! — Ему явно стало неудобно за брошенные сгоряча слова. Ладно, дадим ему еще один шанс.

— Теперь это невозможно. Вы спустили в унитаз все шансы сохранить независимость! Смотри сам. — Я вытянул руку и начал загибать пальцы. — Вместо нормального лидера или хотя бы совета с нечетным количеством участников вы отдали управление страной четырем старикам, которые не переносят друг друга. Пропал один — и все, полный паралич!

— Не нам менять древние традиции…

— Во-вторых, — громко перебил его, меня все больше охватывала сильнейшая злость. Я тут жилы рву ради них и вот что получаю в благодарность?! — Вы каким-то образом не додумались до дублирующих контуров! Хватило одного демона с бомбой, чтобы полностью уничтожить вашу систему обороны! Не вызови я орден пылающей длани и Преображенский полк, где бы сейчас был Ватикан?

— Поверь, мы безмерно благодарны тебе, но то, о чем ты просишь, невозможно.

— В-третьих, власть не ждут, ее берут. И я не прошу, а сообщаю тебе о свершившемся факте. — Я сжал оставшиеся пальцы в кулак и продемонстрировал его Максимилиану. — У тебя сейчас простой выбор. Ты можешь не согласиться со мной и оказать сопротивление, возможно, тебя поддержат ваши солдаты. Тогда по улицам снова польется кровь, и мы все равно заберем себе город и источник. Или…

Сделал паузу в несколько секунд, бледный как мел эльф не шевелился и больше не пытался вставить слово в мою пылкую речь.

— Мы можем сделать все как нужно. Становись верховным инквизитором, официально пригласи нас на защиту и договаривайся с Максимом Рюриковичем, чем вы за нее расплатитесь. Я возьму контроль над источником и использую его против Велиала, а после войны посмотрим. Выбирай, мы все еще союзники или враги?

Опасный момент, но ведь я совсем не шутил. Посмотрим, сможет Максимилиан отринуть свою зашоренность и принять реальную ситуацию или я лишусь хорошего приятеля и союзника.

— Процедура становления верховным инквизитором очень сложна и…

— Да какая разница?! — в сердцах воскликнул я. — Идет война! Кардиналы и все, кто мог бы управлять городом, мертвы! Чего ты сиськи мнешь?

— И она выжила при взрыве, — не выражающим эмоций тоном закончил эльф. — Я не стану ее убивать.

— Она в сознании? — уже привычным образом подавил раздраженный рык. Максимилиан — отличный исполнитель, но у него нет лидерских качеств. Жаль, придется повторять свои аргументы перед древней старухой.

Инквизитор поколебался несколько мгновений, но все же кивнул и почти с облегчением согласился показать мне, где ее держали. Среди ватиканских полков не вспыхнуло бунта, да и недовольства почти не было — Сати прислала сообщение, что все праздновали великую победу над Римской империей, частью которой они сегодня стали. Чтобы развить успех, темная эльфийка распорядилась открыть бочки с вином и медовухой и пригласила преображенцев присоединиться. Полковник прислал нескольких офицеров и тысячу солдат, и братание между ватиканцами и русскими шло полным ходом. Молодец, моя школа!

Про обычные дела тоже не забывали — санитары относили раненых в госпитали, призовые команды собирали трофеи в большие телеги, у преображенцев это явно не первый раз, и все было отлажено не хуже, чем в бою. По традиции большая часть отправлялась в казну, а меньшая делилась между солдатами, но поскольку мы здесь вроде как по моей инициативе, то трофеи должны были пойти мне. Я не придумал, зачем мне столько гладиусов и щитов и доверил преображенцам самим делить добычу. Гвардейцам моя идея понравилась, как выразился полковник — разберут на сувениры, а мне отдадут артефакты и драгоценности.

В празднующем победу Ватикане ничто не напоминало о страшном сражении, развернувшемся прямо за стеной. Римляне не обстреливали сам город, несколько случайных заклинаний и снарядов подожгли пару крыш, которые оперативно потушили. Улицы быстро наполнялись мирными жителями, всюду слышались ликующие крики. Через четыре квартала от городских ворот в нас полетели первые цветы, вскоре превратившись в настоящий дождь из лепестков и бутонов.

— Непривычные ощущения, — пророкотал идущий рядом со мной рыцарь. По какой-то причине ватиканцы совершенно не боялись моих демонов. То ли дело было в наших флагах, то ли их принимали за кого-то другого. — Обычно люди разбегаются перед нами.

— Вы носите наши цвета, — мрачным тоном заявил эльф. Внутри Максимилиана шла постоянная борьба, его захлестывали противоречивые эмоции, и даже я не мог выделить в них конкретные чувства.

— Да, нужно будет перекрасить вас в благородный зеленый цвет, — усмехнулся я.

— Мы можем снять шлемы? — спросил Кристиан. Получив разрешение, он немедленно стянул его и взял под мышку, сделав глубокий вдох. — Какой здесь… вкусный воздух… что?

Я споткнулся и чуть было не упал, уставившись на магистра ордена пылающей длани. Он оказался девушкой! То есть она! Причем весьма красивой! От человека ее отличало прекрасное лицо с чуть заостренным подбородком, красноватая кожа и алые глаза без радужки. Красные кончики волос в расчет не беру, зато сразу понятно, какой у нее любимый цвет.