— Ты хорошо справляешься, — шепнула мне на ухо Фокалорс, на мгновение обжигая своим дыханием.

— Госпожа Делакур, у вас есть муж, а у меня девушки. Давайте не переходить рамки приличий, — не оставил ее попытку без внимания.

— Ну разумеется, прошу прощения за легкую шалость, — улыбнулась демонесса, даже не сделав попытки отодвинуться. — Представь, каким бы скучным был мир без них?

Я пожал плечами и ничего не ответил, рассматривая главные городские ворота. Кто бы их ни строил, он чертов гений. Сотни аккуратно вырезанных в массивных створках линий образовывали одну из лучших защитных пентаграмм, которые я только видел. Их питали проложенные прямо в стенах каналы, уходящие куда-то под землю. Пожалуй, такой барьер мог выдержать удар ядерной бомбы. Единственный минус — стоило им открыться, как рисунок нарушался и защита исчезала.

Римляне встретили открытие бесшумно разошедшихся ворот ликующими криками. Нескольких самых активных приструнили офицеры, не дав им выбежать из строя, а жаль. В некотором отдалении остановились четыре легиона, по крайней мере, они опустили щиты. К нам выдвинулось несколько всадников в ярко красных плащах.

— Думаешь, пращники достанут до них? — беззаботно спросила Фокалорс.

— Да, но они далековато, эффективность будет ниже. Нужно заманить их поближе.

— О, у меня есть отличная идея, как можно это сделать… — Демонессу прервал мощный взрыв за нашими спинами.

Земля задрожала, прямо по стене с громким треском побежали длинные трещины. На моих глазах ярко вспыхнули и потухли энергетические каналы. Почти сразу зазвонил телефон, это была Кира.

— Рорк, Витторе говорит, что накопители уничтожены! Мы лишились основного барьера! Уходи оттуда!

Да быть того не может! Не настолько же они идиоты! Здесь или заговор и предатель на самом верху, или действует очень хороший диверсант, а то и не один…

— Слишком поздно, дорогая. — Я улыбнулся одновременно и темной эльфийке, и подъехавшим к нам вплотную всадникам.

Несколько сильных магов сопровождали довольно старого и слабого аристократа, какой-то высокоранговый офицер с телохранителями. Что ж, настало время проверить свои дипломатические таланты. Или я сейчас спасу Ватикан парой хлестких фраз, или развяжу крупную войну.

— Кто ты такой? — нахмурил густые брови возглавляющий делегацию старик. — Почему меня встречает говорящая обезьяна, а не кардиналы?!

— Они все мертвы, полагаю, вашими стараниями. — Я сразу перестал улыбаться и потянулся к топору, заставив напрячься всех телохранителей. Они наивно полагали, будто могут что-то сделать. — Кто ты?

— Вздор! Мы милостиво ожидали, пока они решат сдаться. Зачем нам убивать их раньше времени? — Аристократ то ли проигнорировал, то ли не услышал мой вопрос из-за возраста. Плевать, в любом случае переговоров с ним точно не получится, осталось спровоцировать.

— Мне плевать на ваши жалкие оправдания. Я здесь вообще за другим. — Пришло время вспомнить о подаренном Барбатосом плетении. Энергия преобразовалась в камень, сложившись в удобное кресло, формой напоминающее трон. Я сел в него и закинул ногу за ногу, нагло уставившись на покрасневшего старика. — Я, граф Российской Империи Рорк Островский, официально сообщаю, что Ватикан находится под моей защитой. Любая агрессия будет расценена как акт войны. Советую вам немедленно удалиться и не портить мне вид.

Мое заявление повергло всадников в глубокий шок и вызвало мощное недоверие. Оно и понятно, они уже праздновали победу, и тут приходит какой-то орк и угрожает войной с одной из сильнейших империй мира.

— Невозможно! Никто не посмеет пойти против величия Рима! — выкрикнул предводитель. — Я, высший центурион Маркус Флавий, требую немедленной сдачи города! Прочь с дороги, обезьяна! Я лично верну императору нашу великую столицу!

— Рим пал, Центурион. — Я широко улыбнулся, демонстрируя заостренные зубы. — Нет никакого величия, революционный сброд громит ваши легионы на севере, османы собирают силы на юге… да что я вообще распинаюсь перед марионеткой. Беги скорее, ищи себе безопасное место, покуда не стал кормом для демонов. Если вежливо попросишь, я предоставлю тебе убежище.

Мысль, что ему придется унижаться передо мной ради безопасности, оказалась последней каплей. Марк Флавий указал на меня дрожащим пальцем и выкрикнул:

— Убить его! Забрать город!

Его телохранители только того и ждали, швырнув в меня электрическими сетями. Паршивое заклинание, убивает медленно и мучительно, болевой шок блокирует возможность хоть как-то сопротивляться. Применение подобного плетения окончательно лишило меня жалости к римлянам, теперь я видел в них врагов, достойных лишь смерти.

Сияющие сети врезались в мой барьер и быстро померкли, я сразу перегнал выкачанную энергию в скопированное плетение и вернул подарки отправителям, параллельно ударив по их щитам. Получилось сбить на землю двоих, и дальнейшее сражение проходило под их наполненные агонией крики. Остальные оказались опытнее и удержали барьеры, пришлось бросаться на них. Я напугал лошадей полным ярости орочьим рыком, всадники поспешно спешились, чтобы не тратить время на борьбу с паникующими животными, и первому тут же прилетело топором по башке.