Я наклоняю голову в ее сторону с небольшой улыбкой, и она отступает, поспешно выходя из комнаты.

— Для чего ты наймешь ее дальше? Чтобы спать с тобой? — Зарычала Лиз, как только Сьерра исчезла.

— Не ступай туда. — Мой тон суров. — Оставь Сьерру в покое.

— Ты уже спал с ней, не так ли? Господи, Малики!

— Это не твое гребаное дело.

— Ты совершаешь ошибку.

— Тогда это будет моя ошибка. Я большой мальчик.

— Ты позволишь ей разрушить наследие нашей семьи.

— Наследие нашей семьи? — взорвался я. — Каким наследием можно гордиться, Лиз? Тем, что у нашей матери была клиническая депрессия и ее регулярно помещали в психиатрическую клинику? Или тем, что она бросила свою семью? Тем, что наш отец пренебрегал заботой о своих детях, как должен был, перекладывая эту ответственность на тебя, или тем, что он чуть не обанкротился и потерял это наследие? О каком чертовом наследии ты говоришь?

Ее лицо смягчается от моего сильного удара.

— Ты знаешь, о чем я. Бар принадлежал нашей семье на протяжении нескольких поколений без какого-либо ремонта, и ты никогда не говорил о том, чтобы что-то изменить, пока не появилась она.

— Позволь напомнить тебе, что я спас этот бар от банкротства. — Я хлопнул рукой по столу. — Я не хотел этого. Ты знала это, но ты умоляла меня вернуться домой и спасти его, чтобы сохранить его в семье и сделать своим. Это то, что я делаю. Если у тебя такие проблемы с ним, я с радостью продам его тебе.

— Придурок. — Она ушла, захлопнув за собой дверь.

***

— Меня уволили? — спрашивает Сьерра.

Я передохнул в своем кабинете, прежде чем выйти. Как смеет Лиз выкидывать всякую чушь про семейное наследие.

— Нет, — отвечаю я.

— Малики, я не хочу, чтобы вы с сестрой ссорились из-за меня.

— Мы и не спорим. Мы спорим, потому что она упрямая и была груба с тобой. — Я целую ее макушку, вдыхая запах ее клубничного шампуня. — Не беспокойся о Лиз. Она это переживет.

Она поднимает на меня глаза.

— Или убьет меня во сне. У нее есть ключ от моей спальни?

— Твоя спальня теперь в моей спальне, и нет, у нее нет. — Она хмурится, вздыхая. — Ты знаешь, о чем я.

Я наклоняюсь и прижимаюсь губами к ее губам.

— Не надо, — еще один поцелуй, — не волнуйся, — еще один поцелуй, — о ней. Глава 20

Сьерра

— Я уже целую вечность здесь не была, — говорю я, входя в квартиру Элли.

— Ты пренебрегала своей подружкой, пока выполняла операцию «Уклонись от мужа», — поддразнивает она.

— Пока что успешная миссия. Он был здесь? — Я заверила Элли, что не жду, что она запретит Девину приходить. Это нечестно по отношению к Корбину.

— Несколько раз. — Ее тон смягчается. — Он скучает по тебе.

— Элли, — предупреждаю я.

Она поднимает руку, ладонь обращена ко мне.

— Я не предлагаю тебе забрать его обратно. Я просто сообщаю о том, что я видела, когда он был здесь с Корбином. Я не хочу, чтобы ты возвращалась к нему, но я не сомневаюсь, что он сожалеет об измене.

Мое горло жжет. Несмотря ни на что, я забочусь о Девине, но я не только не могу простить его, но и не могу уйти от Малики.

Нас прерывает маленькая шатенка в желтом сарафане и с заколкой маргаритки в волосах.

— Подруга тети Элли! — Улыбка сияет на ее лице, когда я замечаю, что она сидит на полу за журнальным столиком в окружении мелков и книжек-раскрасок. Она держит книжку, показывая рисунок принцессы, нарисованный разными цветами, и визжит от восторга. — Смотри, что я раскрасила!

Я наклоняюсь к ней и долго рассматриваю ее.

— Боже мой! Это так красиво!

Она садится прямо и хихикает.

— Видишь, с детьми ты лучше, — комментирует Элли. — Я приготовлю макароны с сыром, пока ты будешь смотреть, как она не раскрашивает по линиям.

Я качаю головой.

— Ты ужасна.

— Я знаю. — Она пожимает плечами и направляется на кухню.

— И сделай мне миску! — кричу я ей вслед. Я сажусь рядом с ребенком, беру книжку-раскраску из стопки и беру несколько мелков. Я открываю книжку и листаю до картинки с Барби и Кеном.