— Кто доверил тебе своего ребенка?

— Эй, я исключительна с детьми, спасибо большое. Это была ее племянница, дочь Джессы. Ты помнишь ее; у вас с ней что-то было.

Он откидывает голову назад и стонет.

— Ты никогда не забываешь вспоминать нескольких женщинах, с которыми у меня были отношения.

— Я уверена, что есть больше, чем несколько, о которых я ничего не знаю.

Малики всегда молчал о своей истории с женщинами. Я знаю только то, что у него никогда не было серьезных отношений.

Он гримасничает.

— Я не разговаривал с Джессой годами. Прошли месяцы с тех пор, как я прикасался к Пенни. Черт, да я вообще ни с кем не спал, кроме тебя. Поверь мне, Сьерра. Пожалуйста. Я не такой, как Девин или твой отец. — Он обхватывает меня руками, его рот встречается с моим, и он улыбается мне в губы. — Ты — все, что я хочу. Все, что мне нужно.

Глава 21

Малики

Я пь юкофе, когда на кухню входит Сьерра, насвистывая, с бодрым шагом.

Я ставлю кружку и поднимаю бровь.

Она всегда была полна желания и восторга, но после измены Девина это немного потускнело, и я это ненавижу.

— Итак… я сделала кое-что, — говорит она, и тон у нее бодрый.

— Да, и что за дело?

— Я встретилась с адвокатом и подала на развод.

Я откинул голову назад. Не то, что я ожидал, но, черт возьми, да.

Волнение захлестнуло меня. Все мои сомнения в том, что Сьерра вернется к Девину и мы будем просто интрижкой, исчезли. Ее подача открыла нам путь к более глубоким отношениям, чем секс.

Черт, кого я обманываю?

Наши отношения всегда были чем-то большим, чем секс.

Мы установили глубокую связь еще до того, как я к ней прикоснулся.

Моя ухмылка настолько велика, что я удивляюсь, как она не сползла с моего лица.

— Давай отпразднуем. Я приглашу тебя куда-нибудь.

— Правда? — Счастье и удивление отражаются на ее лице.

Меня поражает, что мы не так уж много сделали, кроме как провели время в баре и в квартире. Конечно, мы ходили по магазинам и к Коэну, но ничего похожего на свидание. Она заслуживает большего от меня.

Я киваю.

— Правда.

Она обходит остров и целует меня в щеку.

— Я не могу дождаться.

Измена Девина, возможно, разбила ее сердце, но это лучшее, что могло случиться с моим. Я был прав с самого начала. Он не был мужчиной для нее.

А я — да.

***

Я перевел взгляд на Сьерру, сидящую за столом.

— Майки не перестает донимать меня по поводу аренды моей квартиры. Он ездит по тридцать минут туда и обратно на работу и ноет, что ему не хватает сна и денег на бензин.

Сегодняшний вечер был невероятным, а ведь мы только в начале пути. Я привез ее в «Клейтон», пятизвездочный ресторан рядом с Блу Бич. В «Клейтон» предпочитают отмечать юбилеи, предложения, дни рождения и праздники.

И сегодня мы, блять, празднуем.

Сьерра перерезает пуповину Девина, и я не могу дождаться, когда смогу выбросить этого сосунка.

— Лучше скажи Майки, что я разобью бутылку об его голову, если он попытается украсть мое место соседа, — отвечает она.

Черт. Она идет не туда, куда я хотел.

Майки не украдет ее место соседки.

Он переедет.

Мы съедем.

— Мы больше, чем соседи, — поправляю я.

Она поглаживает кончик подбородка.

— Верно… мы… соседи по кровати?

— Больше, чем просто соседи.

Сегодня она выглядит чертовски великолепно. Она не часто наряжается рядом со мной, учитывая, что в баре такая непринужденная обстановка, и мне нравится ее повседневный вид, но она выглядит потрясающе. Я чуть не упал на лицо, когда она вышла из ванной в коротком красном платье, демонстрирующем ее ноги, и черных туфлях на шпильках, а ее волосы уложены в свободные локоны. Ее губы накрашены ярко-красным. Похоже, что помада — это единственный макияж, которым она пользуется.

Я не могу дождаться того дня, когда красная помада окрасит мой член. Я двигаюсь в своем кресле, просто думая об этом.

Я готов объяснить, почему я заговорил о нытье Майки, но как только я открыл рот, она уже заговорила.

— У тебя когда-нибудь были отношения?

— Нет, — отвечаю я без колебаний. — Ну… не до тебя.

Моя откровенность поражает ее, ее яркие губы приподнимаются в дикой ухмылке.

— Ты хочешь сказать…

— Я говорю, что у нас есть отношения? Да. — Я качнул головой в сторону. — Если ты не против?