Только смысл меня запирать в этой замершей во времени пустоте? Им же попросту убить меня надо — дело-то плевое. Или я уже мертва и это все-таки посмертие?..

Но в этот раз здесь все же иначе… Да, пепел. Да, темнота и дальше пары метров ничего не разглядеть. Но я сама ощущаю себя иначе!

Впереди мелькнула неясная тень. Только вопреки ожиданиям не безымянный хозяин Илберга с очередными высказываниями. Это явно был кто-то другой! Не имея больше никаких ориентиров, я тут же поспешила следом.

Но и нескольких шагов сделать не успела, как силуэт возник прямо передо мной! Испуганно вскрикнув, я шарахнулась в сторону, даже упала. Пусть и в посмертии или пустоте, но я так и оставалась в громоздком бальном платье. Нет, это точно не тот наряд для столь судьбоносных событий.

Силуэт не нападал. Мерцал слабо, почти сливаясь с окружающей тьмой. Нельзя было определить мужской он или женский, но, казалось, как я изучаю его, так и он сейчас изучает меня.

Марсита?.. Не уверена, что озвучила это вслух. Но, быть может, тут это и не требовалось.

— Верно, — прозвучало в ответ прямо у меня в мыслях.

Так, ладно, допустим, я все же не сошла с ума. И это не хозяин Илберга меня сюда отправил, а как раз таки Марсита. Но что тогда происходит? Я все же смогла перетянуть сущность на себя?

И снова мои мысли даже не надо было озвучивать.

— У тебя моя магия. Ты должна была вернуть ее. Но как новое воплощение ты мне подходишь куда больше.

Как-то уж очень покоробило, что моего мнения на этот счет даже не спросила. Нет, я и сама ведь собиралась сущность богини у Видии отобрать. Но все же неслабо настораживает поведение самой Марситы.

— Но если тебе нужно человеческое воплощение, то чем не устроила Ниелла? — я пока даже не знала, как к ней относиться.

— Она слаба и безвольна. Я допустила ошибку, решив, что в роду Ристеллхолд я смогу переродиться сильной личностью. Все же не все они такие. Я добровольно покинула ее ради более подходящего сосуда. Но ты оправдала мои ожидания. И мне куда больше нравится вариант такого воплощения.

— И чем это мне грозит? Я смогу с новой могущественной силой изгнать всех этих твоих недругов?

— Не нужно изгонять, просто уничтожь, — в голосе отчетливо почувствовалось недовольство. — Он никогда не оставит меня в покое.

— Хозяин Илберга?

— Видер? Он самый. Мой заклятый враг. Так и не смирившийся с тем, что мне хватило ума приспособиться к новым условиям, а ему нет.

А вот это уже интересно… Нет, вроде бы Марсита и не сделала мне ничего плохого, но ведь слова ее недругов и вправду успели посеять некоторые сомнения… Только, благо, сама богиня вряд ли подозревала меня в каких-либо умыслах. Вполне можно этим воспользоваться… Надеюсь только, что среди хаоса других моих мыслей эти намерения она распознать не успела.

— Я все же не понимаю, почему он тебя так преследует, — я постаралась вложить в свои слова как можно больше благоговения. — Прости мое невежество, но я бы и вправду хотела понять.

Я очень боялась, что Марсита даже не сочтет нужным отвечать. Ведь что я для нее? Попросту сосуд с ее магией, удобное воплощение, не более. Но она все же снизошла до пояснений:

— Изначально нас было тринадцать. Изначально равных по величию, равных по могуществу. Но наши силы подпитывала исключительно людская вера в нас. Они называли нас богами, поклонялись нам… — уже по самой интонации очевидно, как ей это нравилось.

И ведь снова вспоминается тот витраж при первой встрече с хозяином Илберга! Сколько там было арочных изображений неизвестных женщин и мужчин?.. Не тринадцать ли как раз?

Но я свои вопросы не озвучивала, слушала внимательно.

— Только со временем люди поклонялись нам все меньше и меньше. У них была магия, они могли справляться и без нас. И чем слабее становилась вера, тем слабее становились и мы. А это грозило в итоге полным исчезновением.

Хм… Такое впечатление, что эти самые «боги» — некие сущности, питающиеся исключительно чужой энергией. В данном случае как раз таки людской верой.

— Но мне хватило ума предотвратить такой исход для себя самой. Я отобрала у людей магию исцеления, сосредоточив исключительно в себе. Ведь что им может быть нужнее, чем возможность сохранять свои жалкие жизни? Не ведая, из-за чего именно они эту силу потеряли, они стали еще больше поклоняться мне, назвали Милосердной и молили об исцелении.

Так. Что-то она мне нравится все меньше и меньше.

— Но моим собратьям не понравилось, что всю людскую веру я перетянула на себя. И они попытались от меня избавиться. А я в свою очередь собрала всех исключительных магов, и они выступили в мою защиту, уверенные, что так спасают свой людской мир. Но что в итоге? Люди при своей слабости совсем не оправдали моих ожиданий! Видар, единственный тогда выживший из всех моих собратьев, окончательно убил бы меня, но я успела принять мнимую смерть. Пришлось, конечно, лишиться отобранной у людей магии, и она почему-то вся утекла куда-то в иной мир, где и затаилась до поры до времени. Ты же и сама чувствуешь, что моя связь с ней все еще сохраняется.