— Нет.

— Совсем ничего?

Я покачала головой.

— Разрешите вмешаюсь, — от внезапного голоса Алистера я даже вздрогнула, но глаза все равно не открыла.

Эйтон тяжело вздохнул.

— Смысл спрашивать? Я твое присутствие ощущаю с самого начала, мог бы и не делать вид, что тебя здесь нет.

— Ну что вы, Ваша Светлость, я не шпионил за вами, вовсе нет! — с почти искренним возмущением возразил дух. — Я просто…на всякий случай не отдалялся, ведь мало ли…

Не, им с леди Тиффанией нужно было сразу скамейку для зрителей поставить. А то чего бедные любопытствующие по углам ютятся.

— Если разрешите, господин, я помогу. Леди Анна может ничего не ощущать еще и из-за фоновой магии самого зала. Я сведу ее на нет, и тогда посмотрим. Что скажете? Позволите?

— Позволяю. Но после уж будь добр исчезнуть и леди Тиффанию с собой захвати. Присутствие посторонних нам только мешает.

Не-не, пусть остаются! Мне с ними спокойнее! Но вряд ли, конечно, Эйтон станет мое мнение учитывать.

***

Эйтон

Алистер засуетился вокруг, очертания духа размылись. В подземном зале будто бы наступала тишина. Но не обычная, конечно, а, скорее, магическая. Словно весь окружающий мир на несколько мгновений затих, замер во времени и пространстве.

Сведя всю магию на нет, Алистер ринулся к леди Тиффании, наверняка все еще уверенной, что никто ее подглядываний не замечает. Не было слышно, о чем они говорили, но судя по недовольному выражению лица бабушки, уходить из зала ей совсем не хотелось. Вероятнее всего, Алистер что-то приплел насчет магического вмешательства, так что пусть и нехотя, но ворчливая зрительница все же согласилась уйти.

А Анна все это время так и стояла, закрыв глаза. Умиротворенное выражение лица девушки совсем не вязалось с ее вздорным характером. Впрочем, когда она спит, она тоже выглядит такой вот милой и беззащитной... Эдакий хрупкий цветок… И с первого взгляда даже не скажешь, что любой кактус обзавидуется тому количеству колючек, которое способна эта якобы беззащитная девушка выпустить.

— Все ушли, — констатировал Эйтон. — Готова?

— Думаю, проблема все же не в наличии или отсутствии окружающих, а в самой моей магии, — задумчиво отозвалась Анна. — Не хочет она что-либо делать как положено.

— Вся в тебя.

— Я сейчас очень хочу возразить, но нечем, — призналась она со всей бесхитростностью, невольно вызывая улыбку.

Поймал себя на желании просто смотреть на нее сейчас, и самому замереть во времени и тишине, прямо как магии вокруг… Но все же отогнал навязчивые мысли.

— Сейчас попробуем снова, сосредоточься.

Анна кивнула. И, похоже, очень постаралась сделать серьезное выражение лица. Вышло не очень. Серьезность — это точно не про нее.

И снова магия хлынула без каких-либо проблем, не встречая препятствий на своем пути. Хотя должна была неизбежно натолкнуться на противодействующую силу. Но нет! Словно у Анны и вовсе не было магии!

Она что-то тихо мурлыкнула.

— Что? — не понял Эйтон.

— Пою песню про айсберг. Не беспокойся, исключительно в мыслях.

— Снова чувствуешь лишь холод?

— Да, все так же.

Ан нет. Совсем не так же.

Золотистое мерцание возникло хаотично. Крохотные искорки сами собой вспыхнули на коже Анны, сначала на открытых участках тела, начиная с кистей, а после, видимо, и сквозь одежду. Они просачивались чуть зудящим теплом через ладони самого Эйтона, но более никак это невесть что не ощущалось! А ведь, по сути, неизвестно явление проходило сейчас и через его магию, наполняющую Анну!

Мерцание усилилось, уже всю девушку объял золотистый ореол, укутывая как в кокон. Легко и невесомо она чуть оторвалась от земли. Казалось, не держи Эйтон ее за руки, поднялась бы еще выше.

— Анна?

Она чуть нахмурилась, не открывая глаз.

— Анна, что не так?

— Меня жутко коробит, как ты меня называешь. Все же не привыкла я к такой официальности постоянно.

Она, похоже, и вправду не чувствовала, что с ней происходит!

— И как же мне тебя называть? — все же спросил Эйтон, хотя всеми силами пытался распознать, что именно это за золотистая магия. Но без толку же! Она не ощущалась!

— Аня. Это совсем уж сокращенно.

— Да-да, я понял, — усмехнулся. — От «Анархия», очевидно.

— Нет, ну можно и так сказать, — засмеявшись, она открыла глаза. И тут же перепугалась: — Что происходит?!

Только мерцание тут же пропало, отпуская и ее. Эйтон едва успел перехватить за талию. Ведь пусть Аня и поднялась от пола совсем чуть-чуть, резкое приземление вышло бы неприятным.

***

— Ничего из ряда вон не случилось, не волнуйся, — Эйтон аккуратно поставил ее на ноги.

— То есть то, что я отчего-то вздумала улетать, это нормально? — но Аня не спешила от него отцепляться. И даже странно, что так запаниковала. Да и что ее могло настолько напугать? — Это моя магия подняла меня в воздух, да? Или все же твоя? — уже по самой интонации стало очевидно, что ей очень хочется подтверждение второго варианта.