– Я готов доказать это! – сказал он.

Лоос Длесс благосклонно кивнул.

– В западной части города, на самой окраине, были убиты четверо наших солдат. Убийцы пользовались армейским оружием. Это могут быть и укрывшиеся военные, и гражданские, раздобывшие оружие. А может быть, там орудует партизанская ячейка. Найдешь убийц – и мы станем тебе доверять.

– Я готов приступить к поискам немедленно! – заявил Рип Стром.

– Насколько сильны твои телепатические способности?

– В колледже я не хватал звезд с неба и окончил его со средними оценками, – признался телепат. – Работал я лишь на допросах с подозреваемыми. На оперативную работу отправляли более сильных телепатов. Но я уверен, что справлюсь. Однако если я столкнусь с телепатом сильнее меня, то меня раскроют.

– Хочешь быть с нами – докажи. В противном случае ты погибнешь, а мы найдем другого телепата, – сказал флагман.

Насчет других телепатов Лоос Длесс приврал, даже не надеялся найти. И сразу понял, что Рип заметил фальшь.

– Я все сделаю, господин флагман, – заверил его телепат.

Когда Рипа выводили из зала, флагман приказал:

–Офицер Квоол Ноорт, распорядитесь, чтобы телепату выделили трофейный полицейский гравилет. И доставьте поближе к нужному району, но не очень близко, чтобы никаких подозрений. И охраны не надо, иначе его раскроют.

Квоол Ноорт, в прошлом боевой офицер, ныне инвалид, был переведен в охрану флагмана несколько месяцев назад. В самом начале войны он едва не погиб, лишился двух рук и долго боролся за жизнь в госпитале флагманского корабля.

Оставшись один, флагман подошел к окну. Когда-то на этом месте стоял молодой император Клай и так же смотрел в окно.

Заметив на столе табакерку и курительные принадлежности, оставшиеся от прежнего владельца, Лоос набил трубку табаком и раскурил. Опершись тремя руками о стол, в четвертой он держал дымящуюся трубку.

В нескольких местах над городом стояли столбы черного дыма. Исвар еще не пришел в себя после штурма, более менее сохранился центр, а окраины были сильно разрушены.

Флагман поймал себя на мысли, что теперь этот город принадлежит ему. И его нужно восстанавливать. А для этого надо искоренить остатки партизанского движения и начать диалог с народом. Не одной лишь силой действовать, если уж решил основать здесь столицу.

Гравилет медленно летел над городом. С высоты было видно, как сильно пострадал Исвар. Центр сохранился лучше, но окраины, особенно со стороны кадетского флотского училища, выглядели удручающе. Весь горизонт затянуло пеленой черного дыма, остовы разрушенных зданий торчали, как сломанные зубы – от училища почти ничего не осталось.

Простые кадеты сопротивлялись до последнего, а охрана императорского дворца сдалась без боя. Это одна из причин, по которой Рип ненавидел империю. Но не самая главная. Не было ни ненависти к людям, ни особой любви к энхатам. Лишь неприязнь к системе, которая убила родителей и разлучила с братом. С первых дней войны Рип принял решение перейти на сторону энхатов, если те победят. И вот Истир теперь находится во власти чужеземцев, а он выполняет первое задание для врага. Да, он стал предателем, но он и был отбросом, и сознавал это всю свою жизнь.

Рип не знал, справится или нет. Никогда не бывал на оперативной работе, разве что на стажировке, когда начинал службу в районном отделе городской полиции. Тестовое задание завалил, и его оставили в отделе дознания. Слабые телепатические способности не позволяли выявлять преступников на улице, но на допросах он показал себя исправным работником. Допрашивал простых смертных, не умеющих блокироваться, а против других телепатов оставался бессилен.

Рип смотрел в иллюминатор на чадящий дымом город, а увечный двурукий энхат сидел рядом и внимательно наблюдал за ним.

Гравилет опустился на пустынной площадке между разрушенными зданиями. Предварительная проверка показала, что людей здесь нет, и никто не заметит, как человек покидает машину. Лишние глаза в этом деле были не нужны.

– Постарайся ночью не попадаться на глаза патрулю, – сказал Квоол Ноорт. – Если попадешься, выкручивайся сам, иначе местные могут заподозрить, что ты работаешь на нас.

Энхат протянул Рипу табельный полицейский парализатор и наплечную кобуру, видимо, подобранный в захваченном полицейском участке. Рип оружия никогда не носил, телепатам на допросах оно не полагалось.

– Пользоваться умеешь?

– Теоретически. Я никогда не применял оружия. И не думаю, что стоит брать оружие с собой.

Квоол Ноорт, подумав, забросил парализатор на заднее сидение.

– Ты прав.

Говорили они каждый на своем языке, но телепатические способности Рипа позволяли понимать друг друга.

Энхат снял с пояса планшет и открыл на экране карту города. Палец скользнул по жилому району на окраине, где обитали небогатые исварцы – работники офисов, простые учителя и рабочие.