И я понимал, что в этой игре у меня нет права на ошибки.

— Гордей, — представился я, наконец решившись разорвать неловкое молчание.

Её голубые глаза, сияющие отражённым светом восходящего солнца, встретились с моими. Она улыбнулась мягко, нежно, словно рассвет озарил её душу.

— Знаю, — ответила она тихо, и в этих двух словах слышалась не только уверенность, но и что-то ещё. Возможно, это была насмешка, а может быть, и нечто более.

— Можно просто Изи, — продолжила она, как бы про себя.

Её улыбка исчезла, и она снова устремила взгляд на горизонт. Мы стояли молча, наслаждаясь прекрасной картиной восхода солнца. В этой тишине было что-то магическое, что-то, что заставляло забыть о всех проблемах и неприятностях.

Я чувствовал её близость, её энергию, которую она излучала, словно яркий огонь. И в этой огненной стихии было что-то непостижимое, что-то, что заставляло меня забыть о всех правилах и принципах.

В этот момент я понял, что эта встреча — не просто часть игры, а нечто больше.

— Ваши дипломаты очень настойчивы, — начала Изи, её голубые глаза заблестели озорством, — и прямо-таки требуют союз.

Она сделала небольшую паузу, словно размышляя над этой мыслью. Её улыбка была наигранной, но в ней слышался юмор и некоторое недовольство.

— Даже не знаю, зачем им это, — ответил я, поддерживая её игру и улыбаясь в ответ.

В моих словах звучала ирония, но в глубине души я понимал, что дипломаты были правы. Союз был чертовски выгоден, но я не хотел уступать давлению. Но я хотел добиться этого союза на своих условиях, а не под диктат дипломатических протоколов.

Мы вновь замолчали, наслаждаясь моментом. Рассвет уже полностью овладел горизонтом, окрасив небо в яркие краски. Но я не мог отвести взгляда от Изи. Она была не просто красивой, она была загадочной и непредсказуемой.

Я чувствовал, что мы находимся на перепутье. С одной стороны, она принцесса другого государства, которую я должен был победить. С другой — женщина, которая не оставляла меня равнодушным.

И в этой непредсказуемой игре я не мог быть уверен, кто в итоге выйдет победителем.

— Вы откажете мне так же, как и сестре? — спросила Изи, её голубые глаза были полны невинности, но в них сверкал озорной блеск.

Она сделала небольшой шаг ко мне, и я почувствовал, как моё сердце забилось быстрее. Её близость была ощутима, как лёгкий ветер, который проникает в душу и пробуждает неизвестные чувства.

— Кто знает, сударыня, кто знает, — ответил я максимально уклончиво. Я не хотел давать ей никаких поводов для надежды, но и не хотел её обидеть.

Сделал небольшую паузу, словно размышляя над этой мыслью. И тут я вбросил «нюанс».

— Однако ничто не мешает вам завоевать сердце одного одинокого царя, — продолжил я, игриво улыбаясь.

В моих словах звучала не только ирония, но и некоторый вызов. Я хотел проверить её реакцию, узнать, насколько она серьёзна в своих намерениях.

Её губы едва заметно приподнялись в улыбке.

— Интересное предложение, — ответила она, и в её голосе слышалось неподдельное любопытство. — Но не слишком ли опасное для вас?

Я почувствовал, как в моих жилах вскипела кровь. Она была умна, хитра и не боялась рисковать.

— Всё зависит от того, кто чем рискует, — ответил я, не отрывая от неё взгляда.

В этой игре мы были равными соперниками. И я понимал, что она не сдастся так просто.

— Точно-точно? — она практически дышала мне в лицо, вставая на цыпочки, чтобы заглянуть в мои глаза. В них, как в глубоком колодце, отражалась моя задумчивость, и она, словно желая увидеть там отражение своей души, приближалась еще ближе. Ее дыхание, легкое и горячее, щекотало мою шею, а волосы, пахнущие летом и солнцем, защекотали мою щеку.

— Точно… — начал я, но слова замерли на языке. Ее губы, полные и соблазнительные, были в миллиметре от моих. Я чувствовал их тепло, их влажность. В них было столько желания, столько нетерпения, что я забыл обо всех своих мыслях.

Она не ждала ответа. Ее руки нежно обвили мою шею, а губы, наконец, нашли мои. Это был не поцелуй, а взрыв чувств, огненный и страстный. В нем было столько нежности, столько любви, столько желания, что я потерял голову. Я просто растворился в этом поцелуе, в этом вихре чувств, в этом волшебном моменте.