Герцог Хуньяди, стоявший во главе своей армии, не успел даже понять, что произошло. Его войска стали падать, как домино. Они теряли свой боевой дух, теряли свою силу, теряли свою жизнь. И вот уже он остался один, окруженный призраками, которые убивали без жалости. Он не мог ничего сделать. Он был бессилен. И в конце концов, он был взят в плен.

Он успел разбить передовые части османской армии в этой провинции. Это была его последняя победа, но она оказалась горькой. Впрочем, это не было моей проблемой. Я был правителем, а не военачальником. Моё дело — управлять, а не сражаться. Я был уверен, что мои войска справятся с задачей. Они уже побеждали и будут побеждать дальше. И вот уже я чувствовал, как в моём сердце рождается новая мечта, новая цель. Я хотел построить мир, в котором не будет войн, не будет крови, не будет страданий.

Самое сложное — это лавировать между тем, чтобы «союзники» не разгромили Османов и чтобы они не уверились в собственной победе. Нужна «гармония» и чтобы враги поистрепали друг друга как можно больше. Собственно, это и есть моя главная цель.

Солнце, уже клонившееся к закату, окрашивало пыльную даль в багряные тона. Дул прохладный ветер, гоняя по земле сухую траву, и гнал вперед тучи пыли, поднимающиеся от копыт конницы. Впереди, на горизонте, виднелись конные фигуры.

Это неслись туркменские башибузуки, легковооруженные и свирепые воины, прославленные своей ловкостью и жестокостью. Их черные лица, скрытые под черными чалмами, полны ярости и жажды крови. В руках они держали ятаганы, сабли и копья, украшенные перьями и костями.

Вдали, навстречу им, мчалась другая конница — кавалерия химер Австрии. Они были одеты в тяжелые латы, их щиты блестели, как полированные зеркала. В руках они держали длинные пики, увенчанные железным острием. На их шлемах красовались изображения мифических существ — химер. Головы львов, орлов и коз зловеще смотрели из-под шлемов, словно предупреждая врагов о своей непобедимой силе.

Встреча двух конных армий произошла в миг. Тучи пыли и песка закрыли солнце, и побоище погрузилось в темноту. Раздался грохот копыт, сталкивающихся щитов и зловещий свист летящих копий.

Туркменские башибузуки атаковали первыми. Их быстрый и манёвренный стиль атаки застал австрийскую кавалерию врасплох. Они метались вокруг тяжело бронированных химер, стараясь прорвать их оборону. Но австрийские рыцари не сдавались. Они стоически держали удар, отбивая атаки своими пиками и щитами.

Кровь лилась рекой. С обеих сторон падали воины, испещренные ранами от копий, сабель и ятаганов. Но туркменские башибузуки были жестоки и неумолимы. Они нападали волнами, не останавливаясь перед жертвами. А австрийские рыцари были отважны и дисциплинированны. Они держали свои посты до последнего, отбивая каждую атаку врага.

Битва продолжалась часы. Солнце уже зашло, и на поле сражения опустилась тьма. Но воины не останавливались. Они сражались в темноте, руководствуясь инстинктом и жаждой победы.

В конце концов, австрийская кавалерия химер смогла отбить атаки туркменских башибузуков. Их тяжелая броня и дисциплина оказались не по зубам легковооруженным воинам. Туркменские башибузуки отступили, покидая поле сражения с тяжелыми потерями.

Но и австрийская кавалерия химер унесла с собой много раненых и убитых. Их победа была дорогой, и она оставила на их сердцах печаль и ужас. В тишине ночи была слышна только тихая песня ветра, гуляющего по тракту, и стон раненых, лежащих на поле сражения. Битва закончилась. Но ее эхо долго будет звучать в сердцах всех, кто ее видел.

В предгорьях Карпат, где густые леса встречались с суровыми скалами, развернулось кровопролитное сражение. Воздух был пропитан запахом пороха, а земля была уже покрыта слоем крови и грязи. На одной стороне стояла карпатская армия, частично сформированная из горцев, известных своей выносливостью и воинской доблестью. Их ряды состояли из опытных стрелков, вооруженных ружьями и пищалями, а также отважных воинов, владеющих саблями и копьями. На другой стороне стояли венгерские гренадеры, отборные войска с огромным боевым опытом. Они были одеты в яркую форму, украшенную золотом и серебром, и вооружены тяжелыми мушкетами и штыками.

С первого взгляда было видно, что это неравная битва. Венгерские гренадеры имели преимущество в вооружении и количестве, но карпатские горцы были преисполнены решимости защищать свою землю.

С гулким раскатом пушек началась атака. Венгерские гренадеры с грохотом рвались вперед, но карпатские горцы уже готовились к их наступлению. Они с хитростью и ловкостью отстреливались из-за деревьев и камней, нанося венграм тяжелые потери. Гренадеры были застигнуты врасплох такой отчаянной защитой. Их строй рассыпался под градом пуль и копий.

В гуще сражения развернулись неистовые схватки между отдельными воинами. Карпатские горцы, используя знания местности и свой опыт в горных войнах, врывались в ряды венгров, рубя их саблями и атакуя копьями. Венгерские гренадеры, в свою очередь, отвечали с упорством, стреляя из мушкетов и атакуя штыками.

Сражение продолжалось часами. Обе стороны несли тяжелые потери, но карпатские горцы не сдавались. Их жестокость и упорство вселяли страх в сердца венгерских гренадерів. В конце концов, устав от упорной обороны и многочисленных потерь, венгерские гренадеры были вынуждены отступить.