Я стиснула зубы, стараясь подавить нарастающее раздражение:

– Зачем ты пришел? Просто проведать меня?

– Нет. Нам двоим нужно кое-чем заняться. Оденься потеплее. Сегодня прохладно.

– И что мы будем делать?

– Тренироваться. Я нашел место, где мы окажемся одни, подальше от других фейри.

Я вздохнула. Меньше всего я хотела этим заниматься, но, кроме Лондонского Камня, у нас нет других зацепок.

– Отлично. Сейчас оденусь. – Я прищурилась. – Может, отвернешься?

Он опять лукаво улыбнулся:

– Какие мы вдруг стали стеснительные, а?

– Просто оберегаю тебя от своих коварных чар фейри ужаса.

Может, вышло грубо? Ну и пусть. Роан то кокетничал, то отдалялся. Все равно мне никогда не понять внутренний мир фейри.

– Подожду на выходе. – Он вышел из комнаты и осторожно прикрыл за собой дверь.

Пока Роан ждал снаружи, я убрала фигурку в ящик и сменила ночнушку на легинсы и хлопковую рубашку с длинными рукавами.

Я нашла Роана у входной двери, в тени. Вместе мы выскользнули из укрытого чарами здания на темную парковку Френч-Ординари-Корт и тихо подошли к припаркованному в углу битому «Ниссану». От прикосновения холодного ночного воздуха меня колотила дрожь.

Ключи от машины оставались у меня, и я открыла дверцу.

– Я за рулем?

– Да.

Я забралась на водительское сиденье и включила зажигание. Роан уселся рядом со мной.

– Есть такое место – Темпл-Чёрч [30] . Знаешь, как туда ехать?

– Да, – ответила я. Габриэль водил меня туда через неделю после убийства Рикса, и мы ели сэндвичи в тихом заросшем садике рядом с церковными строениями. В груди шевельнулась печаль, но я похоронила ее подо льдом.

Когда я вырулила на Сэвидж-Гарденс, Роан посмотрел на меня:

– Не делай так. Тебе нужно противостоять горю. Чтобы развить силу, тебе нужно научиться раскрываться.

– Раскрываться.

– У тебя почти получилось.

Я кивнула:

– Да, когда я укусила тебя. Знаешь, я до сих пор не понимаю, зачем это сделала.

– Инстинкт. В любом случае, если ты хочешь раскрыться, от себя не убежишь.

Я бросила на него резкий взгляд:

– С чего ты взял, что я убегаю? Я ничего такого не говорила.

– Почувствовал.

– А ты, значит, противостоишь своему горю? – отважилась я. – Как солдат, который мечом выбивает дерьмо из врага?

– Можно и так сказать.

– Это не мой метод – если бы я все время думала о смерти родителей, то не смогла бы нормально жить.

– А должен стать твоим, если хочешь использовать свою силу.

– Ты собираешься снова ворошить мои худшие воспоминания, Роан? Знаешь, вообще-то психотерапия так не работает. Ты не можешь полностью разобрать кого-то на кусочки, ткнуть носом в собственные травмы и собрать обратно.

– Но это не психотерапия, Кассандра. Это война. – Роан взглянул на меня. – Я сделаю все, что в моих силах, чтобы собрать тебя обратно.

– Благодарю.

Я стиснула зубы, пытаясь представить, как раскрываюсь. Роан прав: это почти произошло, когда я укусила его. У меня появились когти, удлинились зубы. Когда я вспоминала об этом, меня пугало чувство потери контроля. Я не такая фейри, как Роан.

– Мне правда нужно раскрываться?

– Только так можно обезопасить тебя среди фейри. Когда мы раскрываемся, наша сила возрастает в десять раз. Мы оказываемся на одной волне с окружающим миром. Становимся быстрее и сильнее, воспринимаем каждый звук и запах вокруг, каждое движение.

– Звучит пугающе. Неудивительно, что ты столько времени проводишь один в лесу.

– Когда я раскрываюсь, то становлюсь самим собой. Тебе нужно научиться делать то же самое, если собираешься и дальше жить среди нас.

Я тяжело вздохнула, прислушиваясь к шуму двигателя. Мы ехали по Фэнчёрч-стрит. По пути я поглядывала в окно, с трудом вспоминая, как выглядели улицы при дневном свете.

Ночной город был необычайно красив. Он сиял жемчужными огнями уличных фонарей, у прохожих была расслабленная походка людей, которые хотят хорошо провести время. Я посмотрела на часы. Половина первого ночи.

– Почему ты выбрал Темпл-Чёрч?

– Это священное место. В таких местах сосредоточена сила. К тому же ночью там никого не бывает.

– А… откуда тогда взять пленных?

– Нет никаких пленных.

– Тогда на ком я буду тренироваться?

– На мне.

– Черта с два! В прошлый раз все пошло не так. О чем я только что говорила? Нельзя разобрать чей-то разум на части, а потом собрать обратно. Это так не работает.

– Со мной все будет в порядке.

Я с досадой покачала головой. Что за тупой мачизм…