От фонтана долетали слабые брызги. Предполагалось, что, если я сосредоточусь на ощущении воды на коже, это поможет раскрыться моей звериной сущности. Вместо этого я открыла глаза и посмотрела в изумрудные омуты глаз Роана.

– Чем ты занимался весь день?

Он отвел взгляд, словно решая, чем можно поделиться со мной, и, помешкав секунду, ответил:

– Я слышу все больше разговоров о том, что собираются армии. Не только про королевскую армию Неблагих, но и Благих тоже.

– Кто такие Благие?

– Это фейри, которые изгнали нас из дома наших предков, Клеополиса. Ты же почувствовала силу возле подземной реки Уолбрук, да?

Я кивнула. Когда я проходила над подземной рекой, то ощутила прилив силы.

– Когда-то люди поклонялись нам как богам. Уилу Броку – твоему роду – поклонялись по берегам рек. Потом Благие вторглись в Клеополис, прогнали нас и убили тысячи Неблагих. Нам пришлось бежать в Триновантум, где мы вытеснили Старших Фейри из их лесов.

Я снова кивнула, поглощенная рассказом.

– Две тысячи лет мы жили в изгнании. Огмиос, который был еще ребенком, когда напали Благие, вырос и стал одним из самых могущественных фейри среди Неблагих. Ему удалось захватить власть у Совета и провозгласить себя королем. Именно тогда он начал изменять нас, требовать, чтобы мы вели себя как Благие. Две тысячи лет он подавлял Неблагих.

Я прикусила губу:

– А теперь, две тысячи лет спустя, Благие снова тут как тут?

– Мои источники сообщили, что на границе Триновантума и Клеополиса произошло несколько стычек. Король Огмиос посылает свои войска все дальше от крепости. Возможно, скоро у нас появится шанс нанести внезапный удар, если шпион нас не выдаст.

– Насколько велика армия повстанцев?

Выражение лица Роана снова стало настороженным:

– Мы здесь ради тренировок, Кассандра, а прогресса почти нет. Ты опять отвлекаешься. Бежишь от себя. – Он пригладил волосы. – Тебя отвлекают слухи и болтовня.

Болтовня… На секунду я вспомнила Одина – ворона, который болтал о любовных романах, цитируя грязные сцены. Он был прекрасным отвлекающим фактором. Как там сейчас Один? Они с Нериусом прекрасно поладили бы…

– Кассандра, – позвал Роан. – Тебе нужно заглянуть в себя.

– Знаю. Прости.

И тут в мозгу вспыхнул образ Габриэля – безжизненные карие глаза, разорванное горло… Волна горя захлестнула меня; я опустилась на край фонтана, дав волю слезам, и обхватила голову руками. И услышала удаляющиеся шаги Роана – он оставил меня одну в темноте. Я никогда в жизни не чувствовала себя такой одинокой. Чувство изоляции почти разрывало сознание на куски. Чистая пустота разлилась в груди, вгрызаясь в ребра.

Не знаю, сколько прошло времени, когда я почувствовала руку Роана. Он обнял меня и прижал к себе. Я взглянула на него сквозь слезы:

– Может, мне еще раз попытаться раскрыться?

Роан покачал головой:

– Уже почти рассвело. Нам пора.

Я захлопала глазами:

– Как почти рассвело? Мы же только начали…

– Ты проплакала больше двух часов, Кассандра.

У меня остановилось дыхание на несколько секунд, показавшихся вечностью. Два часа?

– Мог бы предложить подставить плечо, чтобы я выплакалась…

– Это помешало бы тебе раскрыться.

Я вытерла щеку тыльной стороной ладони:

– Это была часть тренировки?

– Разумеется.

– Доброе утро, Богиня. Каррр!

Я растерянно захлопала глазами, подскочив на кровати. На маленьком стульчике в моей комнате сидел Роан с вороном Одином на плече.

Я протерла глаза:

– Что это такое?

– Мои соски дрожат от восторга. Каррр! Никогда.

У меня отвисла челюсть:

– Ты нашел Одина?

Губы Роана изогнулись в улыбке:

– Да. Ты как-то сказала, что он в приюте для животных. Я нашел его. Кажется, хозяин вздохнул с облегчением, когда я забирал его.

– Снам отдавшись, недоступным на земле ни для кого [31] . Лизни мне никогда. Каррр!

– Ты что, увидел его в моих мыслях?

– Да.

– Так это… это новый вид тренировки? Хочешь выяснить, смогу ли я сосредоточиться, если меня еще больше отвлекать?

– Нет. – Роан неловко поерзал и встал со стульчика. Один возмущенно каркнул и перелетел с его плеча на край кровати, сердито выкрикивая эротические цитаты. – Это же твой ворон. Я подумал, он сделает тебя… счастливее.