– Вот именно, – отвечаю тихо.

Даня толкается своим лбом в мой и рычит с болью:

– Да как так-то, Саш?

– Не знаю, – шепчу и закрываю глаза. – Отпусти меня, пожалуйста.

– Солнце мое, – прижимается губами к моей щеке.

– Дань, пожалуйста, – повторяю настойчивее и строже.

Борисов неохотно отлипает от меня, а я поспешно разворачиваюсь и возвращаюсь в квартиру. Выдыхаю, иду в гостиную и успеваю заметить, как Туманов садится на диван, принимая прежнюю позу.

– Замок заклинило? – ехидничает Зотов. – Или молнию?

Игнорирую его и сажусь на ковер, сосредоточенно разглядывая содержимое бумажника убитого. Наличные, банковская карта и очередная стопка мятых чеков. Перебираю их, пока взгляд не цепляет знакомый адрес.

– Папа был прав, – передаю чек Туманову. – Притон для уголовников.

– Умница, – хвалит с улыбкой, сощурившись на мелкий шрифт. – Думаю, наш детектив вполне справится с задачей выяснить кто владелец. Не удивлюсь, если Ильин.

– Слишком палевно перед ментами, – морщится Зотов после того, как Родион делится последними новостями.

– Соглашусь с предыдущим оратором, – поддакивает Даня.

– Пожалуй, – соглашается Туманов, обдумав. – Я бы на его месте оформил на какого-нибудь местного додика. В любом случае мы наконец-то нащупали нить и это не может не радовать.

Смотрит на меня в упор. Смотрит и улыбается, будто этот факт должен меня осчастливить. А мне кричать хочется. Орать. Выть!

– Точно, – отвечаю бодро. – Прикинем все еще раз?

– Ладно, погнал, – Зотов хлопает себя по ногам и первым поднимается с кресла.

Даня – с неохотой вслед за ним с пола.

– Собери мне макулатуру с собой. Просмотрю еще раз, – бросает мне скупо. Киваю и упаковываю в тот же пакет, в котором все привез Туманов. – Спасибо, – слабо улыбается и пытается забрать его вместе с моей рукой.

– Дань, – укоряю шепотом и бегаю взглядом от него к Родиону, но последнего разыгравшаяся сцена абсолютно не волнует.

– Пока все складно, – подводит Туманов небольшой итог двухчасовому обсуждению. – Сейчас важно не высовываться. Покажем всем, что мы поверили в их байки. Василий и Сергеич отработают, прикинем расклад еще раз.

– Добро. – Зотов крепко жмет руку Туманову и кривится: – Мне еще собаку выгуливать.

– Если почуют жареное, скорее всего пристрелят всех, – дополняет Даня «жизнерадостно». Шуршит пакетом, освобождая правую руку, протягивает ее Туманову, а у меня камень с сердца падает: все понял. На радостях на прощанье целую его в щеку и шепчу:

– Спасибо.

– Это еще не конец, – роняет тихо, а я поспешно опускаю взгляд и пытаюсь не поморщиться.

Зависаю взглядом на пакете и появляется неприятное зудящее чувство, что мы упускаем что-то важное, но лежащее на поверхности. В голове всплывает вопрос, и я торопливо его выпаливаю:

– Как он живет?

– Кто? – удивляется Даня.

– Ильин, – поясняю коротко и впиваюсь взглядом в Зотова. – Вы же его из квартиры забирали?

– Обычно, – равнодушно пожимает плечами Дима. – Хата типовая, ремонт свежий, район дерьмовый.

– Не странно? – обращаюсь разом ко всем. – У него нет власти, раз уж прикрывается именем отца. Он живет обычной жизнью, работает в охране, хотя, казалось бы, бабок должен иметь предостаточно. В чем прикол?

– А ты права, – хмыкает Зотов, – прикола нет никакого. С таким родом деятельности копить на безбедную старость тупо. И это, кстати, еще одна причина, по которой я никогда не женюсь.

– Да-да, – отмахивается от него Даня, хмуро уставившись в стену. – Если не он у руля, все наши теории – полная херня. Мы вновь на старте.

– Да блять, – раздраженно выдыхает Зотов, наконец-то сообразив.

– На старте я был уверен, что промышляет один из вас, – «подбадривает» Туманов.

– Тоже верно, – флегматично пожимает плечами Даня. – План прежний? Не высовываемся, ждем новые вводные?

– Самое разумное, – соглашается Туманов и улыбается: – Александра сегодня в ударе.

– Уже почти двенадцать, – фыркаю смущенно. – Скоро золушка превратится в тыкву.

– Там не совсем так было, – бурчит Зотов, – хотя, в твоем случае…