— Хочу тебя укусить… это неправильно, я знаю… но я чувствую твою кровь… твой запах… — я сглотнула, боясь услышать его ответ, но не в силах скрыть свои желания.

— Хмм… — он наклонил голову, внимательно осматривая меня, его взгляд был любопытным. — Интересно… и с этим разберемся, — он улыбнулся, и я улыбнулась в ответ, ощущая, как будто тяжелый камень свалился с моих плеч.

***

Лунапарк в центре города кипел жизнью и детским смехом. Яркие огни аттракционов и звонкие крики детей, что весело носились между каруселями и колесом обозрения, оглушали даже сквозь стену, которую я мысленно воздвигла вокруг себя. Опираясь о холодные металлические перила балюстрады, я наблюдала за людьми. Солнце поднялось высоко, заливая парк мягким светом, но его лучи уже не несли того согревающего тепла, которое можно ощутить в начале осени. В воздухе витал аромат сахарной ваты и жареных орешков, смешиваясь с легким запахом увядающих листьев

— А если объединиться с людьми, сказать им о угрозе, что надвигается? — нарушил тишину Николай, его голос прозвучал тревожно на фоне веселья.

— Нет… плохой вариант, — я мотнула головой и сжала металлические перила, чувствуя холодный металл под пальцами. — По крайней мере пока, если сделать всё резко, будут последствия. Люди по своей природе склонны к предательству. Даже если сначала будут на всё согласны, в итоге предадут, и начнётся война.

— Не все люди такие, — проговорил мужчина, его взгляд был направлен на яркие огни, словно пытаясь найти среди них ответ.

Я вздохнула, чувствуя, как лёгкий ветерок приносит запах осенних листьев. В парке продолжали звучать крики радости, но внутри меня всё больше разрасталось чувство тревоги.

— Не все, но большинство, и пока преимущество у большинства, — со вздохом ответила я. — На собственном опыте говорю. Я участвовала в человеческих войнах, пока была молода и наивна. Хотела помочь, изменить мир к лучшему, — усмехнулась я. — Хорошо, хватало ума не говорить, кто я. Перечислить количество раз, когда после помощи людям меня убивали? — с кривой усмешкой посмотрела я на Николая.

— Как я понимаю, довольно много, — он поднял бровь.

— Пока не поняла, что лучше не вмешиваться. Пусть варятся сами в своём котле. Буду помогать по ситуации, но масштабно лезть больше не хочу.

— Как ты знала, на какую сторону становиться? В войнах обычно виновны обе стороны, — серьёзно спросил он.

— Для меня тот, кто защищает свой дом, прав. Но и та сторона предавала… потому и бросила всё. Хватит с меня революций, — тихо засмеялась я, глядя на кружащиеся листья, которые падали с деревьев.

— Но можно проникнуть в их сферы и начать влияние… — начал Николай, нахмурившись, и я склонила голову к плечу глядя на него.

— А это уже интересная мысль, — улыбнулась я. — Что бы ни случилось, я не позволю, чтобы вашим детям навредили. Я сделаю для этого всё, — выдохнула я, ощущая серьёзность своих слов.

— Только не ценой своей жизни… прошу, — Николай приблизился и коснулся моей щеки ладонью, его глаза полны беспокойства и нежности.

Я улыбнулась, глядя ему в глаза, наслаждаясь моментом тишины между нами. Вдруг, слух уловил едва слышимый свист, и я молниеносно вытянула руку перед лицом. Острая боль пронзила ладонь, заставив меня поморщиться. В коже торчал дротик, а яд, находившийся в нём, уже начал растекаться по моим венам. Я выдернула дротик и бросила его на асфальт, не отрывая взгляда от ладони. В голове будто поднялся густой туман, глаза заволокло красной пеленой.

Голод стал невыносимо сильным, яростно грызущим изнутри. Я отшатнулась от волка, сдерживая себя и клыки, которые так и норовили вырваться наружу. Словно издалека доносился голос Николая, но меня оглушили запахи людей и стук их сердец. Кровь, бегущая по их венам, звала меня, наполняя сознание сладострастной жаждой.

Я бросила взгляд на аттракционы, и горячее шипение сорвалось с моих губ. Детский смех и веселье переплелись с их невыносимо манящим ароматом. Сдерживая себя из последних сил, я чувствовала, как всё во мне рвётся к этим беззащитным существам. Их кровь, такая быстрая и живая, влекла меня с неумолимой силой.

Зарычав, я попыталась вырваться из кольца рук оборотня, который обнимал меня и прижимал к себе. Он уводил меня куда-то прочь от людей. Борясь с внутренним желанием, я повернулась к нему и прошипела:

— Выруби меня… прошу, немедленно… — я тяжело дышала и дрожала всем телом.

— Нет, я заберу тебя отсюда.

— Сверни шею! Верь мне! — почти плача закричала я. Мои когти удлинились, и клыки я уже не могла сдерживать.

— Я не могу…

— Поверь мне! — снова закричала я, и новая волна запахов заставила меня полоснуть по стене когтями.

Вырвавшись из объятий, я рванула к источнику запаха, уже не контролируя себя. Миг — и наступила темнота. Я больше ничего не чувствовала.

26

Я вырвалась из объятий тьмы, резко открыв глаза. В комнате царил полумрак, и я тут же снова зажмурилась, нахмурившись от неожиданного всплеска ощущений. Все вернулось ко мне с пугающей остротой. Треск горящих поленьев в камине звучал как маленькие взрывы, а отблески огня плясали по стенам, создавая причудливые тени. Волна звуков и запахов накрыла меня: густой аромат дыма смешивался с легким запахом сосновой смолы, а теплое сияние огня обволакивало меня, как мягкое одеяло.