Сейхан продолжала бежать - к мотоциклу "Урал". Он остановился на выложенной кирпичом дорожке детской площадки. Грей выстрелил из "ЗИГ" мимо ее плеча, не давая никому в фургоне возможности выбраться.

Но автомобиль был не единственной угрозой.

Сейхан стремглав прыгнула в коляску, в последний момент извернувшись, чтобы приземлиться на спинку сиденья. Она высоко подняла винтовку.

Вертолет перелетел через стену, преследуя ее.

Сейхан не торопилась, навела прицел винтовки на хвостовую часть вертолета и выпустила несколько пуль в хвостовое оперение. Лопасти разлетелись. Вертолет резко развернулся и накренился набок. Его лопасти пробивали верхушки деревьев. Затем вертолет перевернулся и врезался в стену, превратившись в огненный шар.

Сейхан опустила винтовку и повернулась к Грею.

– Кто-то должен был закончить то, что ты начал.

Он пожал плечами.

– У меня было мало времени. Подумал, что ты попытаешься добраться до этих боковых ворот, если сможешь.

– Тебе не следовало оставаться.

Он сурово посмотрел на нее.

– Не думай, что тебе так легко удастся избежать нашей свадьбы.

Грей устремил взгляд вперед. Он уже завел мотоцикл и мчался по парку. Он старался держаться подальше от деревьев парка. Но сейчас, когда солнце садилось и дым волнами заволакивал парк, в таком укрытии не было необходимости.

Они выскочили из ворот парка и направились прочь от суматохи, царившей на дальней стороне монастыря. Они быстро влились в вечерний поток машин в час пик и продолжили свой путь по городу.

Сейхан оглянулась на далекий столб дыма.

– По крайней мере, теперь мы знаем, что Валя определенно замешана во всем этом.

Грей склонился над рулем.
– И, возможно, православная церковь тоже.

Сейхан нахмурилась. Она вспомнила, что монсеньор Борелли отправил эти фотографии в "Сигму", а не в Ватикан.

– А может и католическая, - пробормотала она.

11 мая, 20:44 по Московскому времени

Москва, Российская Федерация

Такер поспешил через Вадковский переулок вместе с Кейном. Ковальски последовал за Марко, а Юрий держался поближе к доктору Эллен Штутт. Они направились к богато украшенному столетнему зданию на углу. Здание состояло из трех этажей, отделанных розовато-оранжевой штукатуркой, украшенных оборками в стиле ар-нуво, с балконами из кованого железа и орнаментом в виде бабочек.

Целью их поездки была апостольская нунциатура Святого Престола.

– Почему мы направляемся в посольство Ватикана?
– Спросила Эллен.

В целях безопасности ей сообщили о пункте назначения только после того, как поезд прибыл на станцию. Ранее она сменила рабочую одежду и была одета в повседневную светло-голубую ветровку и джинсы. Все они были одеты в обычную уличную одежду. Даже Кейн и Марко сняли свои кевларовые жилеты и надели простые ошейники и поводки.

Такер осмотрел их компанию.

Просто группа людей вышла на прогулку, выгуливая своих собак этим весенним вечером.

– Друзья, о которых я тебе рассказывал, - объяснил Такер.
– Нам сказали встретиться с ними здесь.

Она открыла рот, как будто хотела задать вопрос, но затем снова закрыла его.

Такер повел свою компанию вокруг здания к черным железным воротам. Они вели на парковку за посольством. С другой стороны возвышался семнадцатиэтажный жилой комплекс.

Он поднял руку, чтобы нажать на кнопку звонка, но ворота открылись сами по себе.

– Вы пришли как раз вовремя , - сказал Монк и махнул рукой, приглашая их пройти.
– Все собрались внутри.
– Нам нужно многое обсудить, и у нас мало времени, чтобы это сделать.

– К чему такая спешка?

– Мы уезжаем в полночь.

Ковальски выглядел не слишком довольным.

– Мы что, просто так притащили сюда свои задницы.

Такер отступил на шаг.

– Эй, я всего лишь привез всех. Я сделал все, о чем меня просил директор Кроу. Мы с мальчиками направляемся домой.

Монк нахмурился.

– Выбор за тобой. Но, возможно, ты захочешь сначала кое-что услышать.

Такер вздохнул, затем пожал плечами.

– Если у тебя есть горячий кофе и что-нибудь перекусить, я, пожалуй, послушаю.

– У нас даже есть угощение для собак.
– Монк оглянулся на него.

Такер выругался себе под нос и направился через парковку.

Доктор Штутт придвинулась ближе к нему, касаясь его руки кончиками пальцев. Ее глаза были стеклянными от беспокойства.