Чтобы уберечь себя от истерики делаю три медитативных вдоха и топлю губы в кружке с остывшим чаем.

Егор не уводит взгляда от моего лица, продолжая выбивать из моего тела душу.

— Я всем сказал, что Варя моя дочь… Я не откажусь…

— Она не твоя дочь! — выпаливаю, со звоном опуская кружку на блюдце.

Варюша не обращая внимание продолжает лопать наггетсы.

По залу гуляет дурацкая музыка из мультиков, перебивая атмосферную мелодию ресторана.

Это бесит, как и то, что лицо Егора, чтоб его Камаева, ни хрена не меняется.

Он словно не верит мне или не хочет верить.

Не пойму нравится ли мне его замешательство, но я схватив ртом воздух продолжаю его добивать, гневно выпаливая:

— Я в первый же день нашего расставания сделала то же самое, что ты творил под моим носом с самого начала наших отношений: позволила чужому мужчине быть на твоем месте!

Сощурив глаза и немного склонив голову набок он слушает мое признание. Собранный и внимательный ко всем мелочам.

Его вообще реально вывести из себя? В прошлом, помнится это удавалось сделать по щелчку пальца. Мы с ним ругались не часто, но со своими приятелями он бывало скандалил.

Мои веки немного подрагивают от подступающих слез. Я не планировала сообщать ему о своей короткой интрижке. Я вообще не планировала оправдываться перед Камаевым, но вышло именно так. Теперь он в курсе, что там, в больнице, остался в дураках, ведь настоящий отец Вари даже не предложил помощь своей дочери. Он беспокоился лишь о репутации своего колледжа.

Так было всегда.

Моя малышка для Бойкова настоящая кость, сидящая поперек горла. Он ее боится так же сильно, как Марининого языка. Подруга держит отца моей дочери под прицелом все эти годы и именно поэтому у нас есть жилье.

Тяжело дышу. Я не хочу казаться слабой, тем более реветь при Варе. Ей, бедняжке и так сегодня досталось.

— Прости, что был козлом… — хрипит Егор не сводя с меня причтального взгляда — Но не отказывайся от моей помощи…

Я снова договорюсь с отцом о встрече, а ты на нее придешь, хорошо?

Он снова смотрит на мою дочь. Долго и внимательно, а затем добавляет:

— Этот козел не достоин такой чудесной девочки…

Не удержавшись,всхлипываю.

Закрываю лицо ладонями,чтобы хоть немного скрыть свою боль.

Я знаю! Я прекрасно это осознаю, но я ни о чем не жалею! Варюша сделала меня живой и я правда считаю ее подарком судьбы.

— Тш-ш…Малышку напугаешь — обнимает меня за плечи Егор и притягивает к себе.

Он оказался рядом за считанные секунды. Так быстро, что я даже не успела растеряться.

Окунаюсь в успокаивающие объятия, пытаясь вернуть себе самообладание, но от его касаний слез становится больше.

У Егора другая туалетка, но его запах, пробивается сквозь парфюм, будоража рецепторы и напоминая мне о том, как нам когда-то было хорошо вместе.

Ровно до того момента, когда я узнала о предательстве.

Дальше — хаос и разруха.

— Я наелашь. Поедем домой или дасе обиматься будете?

Голос дочки заставляет меня резко отпрянуть от Егора.

Отстранившись, вижу, как ее ревнивый взгляд полосует единственного мужчину в нашей компании.

Камаев, не скрывая веселья широко улыбается, разглядывая мою дочь, а она со знанием дела произносит:

— Это.Моя.Мама…Понял?

Зажав улыбку, притягиваю Варюшу и обнимаю.

Так сильно, словно не видела вечность…Она у меня ревнивица и то, что она впервые увидела меня в объятиях мужчины меня немного смущает.

— Твоя — шепчу, целуя ее румяную щечку — конечно твоя…

Глава 18

Настоящее

Олеся

Наклонив пятилитровую бутыль над стаканом, наливаю себе воды под жалобный писк своей дочери.

Он доносится из комнаты Андрея и это меня жутко напрягает!

Я строго — настрого запретила ей соваться к моему брату в комнату, потому что как только я слышу ее тонкий голосок в том направлении, в моем воспоминании флешбеками всплывают жуткие картинки.

С восемнадцатилетним упрямцем я провела разъяснительную беседу и в этом разговоре общалась я на повышенных тонах, потому что попросту была не в силах сдержать свою злость на брата.

Он хоть и заверял меня в том, что вышел лишь на пару минут, отдать другу кабель для зарядки, я не верю ему!

Курить опять бегал, вот где был этот гад, когда подверг свою племянницу опасности! Я тоже хороша! Ни за одним ребенком уследить не могу…

Нервы копятся в горле комом и я начинаю злиться.